Книга Ветры над усадьбой «Литтл Балморал», страница 9 – Софи Жомен

— Я не уложусь в срок, – сетует за своим компьютером Фонтен. – Когда работа наваливается в последнюю минуту, недолго и свихнуться.

Я улыбаюсь. Еще одна жертва Жюльена Да Сильвы.

— Такое уж у нас ремесло, старина. Сколько слов?

— Четыре тысячи, а тут и сотню лень из себя выжать.

— Может, махнемся? Возьмешь мою тему, «дома с приведениями»?

Вижу, как он кривится.

— Сколько слов?

— Десять тысяч, плюс интервью с владельцами самих домишек. У-у-у-ух! Как тебе новый вариант «Американской истории ужасов»?

Ему смешно.

— Легче сдохнуть! Нет уж, предпочитаю паранормальным явлениям старую добрую науку.

Фонтен у нас всего год, пришел со свежим дипломом и забрал себе все связанное с искусственным интеллектом. Последняя его статья была про способность ИИ проанализировать по одной-единственной фотографии плаценту и обнаружить у новорожденного потенциальные аномалии. Два дня он ворчал, что опасно мнить себя Богом, это чревато проблемами.

Через всю комнату летит шарик из скомканной бумаги, цель – стол Фонтена. Он разворачивает записку, читает, корчит рожу и сердито поворачивается к коллеге у дальней стены, помирающему со смеху. Фонтен показывает мне, что ему прислали: формулу E=mc², обведенную сердечком.

Я с улыбкой возвращаюсь к своим делам.

Как я погляжу, Жиронден успел договориться о встрече с владельцами нескольких домов с привидениями. Первая, в Берри, назначена на завтра, вторая, на Сомме – на вторник. Плакал мой отпуск. Мне не хватает бранных слов в адрес Жирондена.

Судя по записям пресс-атташе, привидение особняка в Берри – бывший повар. Там уже полвека никто не живет, но стоит туда заглянуть, как раздается скрежет заточки ножа. Что тут скажешь?

Что до привидения из низовьев Соммы, то оно дважды в год устраивает потоп на полях и в самом доме. Смех, да и только: дом стоит на лугу, затопляемом морской водой, и имя тамошнего зловредного привидения – штормовой прилив. Скорее всего, дом страдает от капризов старого, как мир, цикла приливов и отливов.

Что касается усадьбы в Корнеоте, куда я должен явиться 17-го октября и где бывал в юности, то там обитает, похоже, весьма назойливый дух, чье присутствие особенно явственно ощущается в полнолуние. Представляю, чего там наслушаюсь… Впрочем, я удивлен, что мадам Клаврей потрудилась связаться с La Passerelle. С одной стороны, ее жилище и правда смахивает на классический, видавший виды дом с привидениями в Диснейленде, но с другой, ее племянница ни разу не обмолвилась, что ее тетка сталкивается с проблемами такого рода и что в доме происходит что-то странное. Но что бы ни творилось в доме, куда нас зовут, удивляться не приходится. Большинство людей выдумывает невесть что, принимая издаваемые грызунами шорохи за лязг цепей на ногах у привидения. Сколько таких желающих пригласить шарлатана для изгнания духов, хотя при ближайшем рассмотрении эти бедняги оказываются всего лишь жертвами мышей, плодящихся под кухонным плинтусом!

Я откидываюсь в кресле и потягиваюсь.

Корнеот! Даже не верится, что судьба опять занесет меня туда. После скоротечного романа с Федрой я попал в эту деревню всего раз, в октябре 2018 года, когда родители продали дом. Все ноябрьские выходные по случаю Дня всех святых мы паковали вещи, а потом я покинул деревню без тени сожаления, оставив за спиной единственный настоящий призрак, населявший мои юношеские грезы, – память о Федре Демэ.