Книга Ветры над усадьбой «Литтл Балморал», страница 82 – Софи Жомен

Я беру вешалку с найденным на чердаке платьем. Оно проветривалось несколько дней, я очистила его от пыли и опрыскала духами, но запах затхлости остался. Я с улыбкой представляю, с каким отвращением будет надевать свой костюм Адам, но нисколько не сомневаюсь, что праздничная обстановка придется по сердцу нам обоим.

Платье не в лучшем состоянии, но я надеваю черные панталоны в белую полоску, принадлежавшие моей оригиналке-тете, кружевную юбку из сундука и само платье – с удвоенной осторожностью.

На счастье, Дженис Линклейтер была кругленькой, вроде меня. Я боялась, что ее платье на меня не налезет, но оно, наоборот, как на меня сшито, только не получается самостоятельно застегнуть пуговицы на спине.

Собственное отражение в зеркале вызывает у меня смех. Мне придется щеголять на балу в красных кедах. Больше ничего нет, но сойдут и они.

Я взбиваю волосы и принимаюсь наносить макияж, пользуясь чудесной палеткой теней, купленной онлайн и доставленной только сегодня утром. Немного серых теней, немного зеленых, немного желтых – и пожалуйста, такую восковую физиономию пришлось бы поискать! Я довольна и собой, и своим ношеным платьем. Такое впечатление, что меня разбудили после тысячелетнего сна и достали из тесной могилы…

Я не жалею черных теней, которые накладываю под глаза, чтобы больше походить на персонажа фильма про привидения «Биттлджус»^[15]. Я крашусь от души, намеренно перебарщивая, мажу ярко-красной помадой губы, накладываю серо-зеленый лак на ногти (пусть думают, что я копалась в грязи)… Все, готово! Благодаря платью от меня тянет мертвечиной, сегодня это стильно.

Я выхожу из комнаты, уверенная в своей неотразимости, и стучусь в дверь Адама.

Он открывает – и я застываю с широко разинутым от удивления ртом.

Видавшие виды рубашка, жакет и сюртук очень ему идут, но этого никак нельзя сказать о брюках, они ему коротковаты и слишком узки, особенно в бедрах и в паху, поэтому я кусаю губы, чтобы не расхохотаться, видя, как он жестикулирует и натягивает ткань, чтобы удобнее себя чувствовать.

— Я весь стиснут, целый вечер мне никак не продержаться. Можешь надо мной смеяться, я не возражаю.

Чтобы ему было не так обидно, я демонстрирую ему свои полосатые панталоны и кеды.

— Мы с тобой два сапога пара. Готов гримироваться?

Он морщится.

— Это обязательно?

— Да, иначе никто не поверит, что мы чета Линклейтер.

Он со вздохом впускает меня в свою комнату. Сначала я смотрю на кровать, потом на него, отметая лезущие в голову фривольные картины, и подбадриваю его улыбкой.

— Садись!

Адам садится на стул и, закрыв глаза, подставляет мне лицо.

Я применяю к нему тот же метод, что к себе самой, и Адам быстро становится похож на живого мертвеца, да такого, что киношным аналогам лучше не высовываться.

Когда я заканчиваю, мы смотрим друг на друга в зеркале на стене. Весьма колоритная парочка!

— В такие моменты я жалею, что не завела сотового, а то сделала бы селфи.

— У меня-то есть. – Адам берет с письменного стола свой телефон, встает у меня за спиной, потому что он выше меня ростом, кладет руку мне на плечо, как на супружеских фото позапрошлого века, и снимает.

— Пришлешь мне на электронку?

— А у тебя есть? – спрашивает он насмешливо. – Как это?

Я закатываю глаза, он кладет телефон на стол и смотрит на мою спину.