Книга Ветры над усадьбой «Литтл Балморал», страница 32 – Софи Жомен

— Она была молода?

— Двадцать семь лет, бездетная, страдала от одиночества и устроила в доме первые в Корнеоте гостевые комнаты.

— Любопытно!

— Она с удовольствием принимала у себя гостей, и во времена, когда Франция проигрывала войну Пруссии и страдала от упадка экономики, дом пользовался невероятным успехом. Все, кто проезжал через наши края, останавливались у нее и что-нибудь оставляли в память о себе.

— Что именно?

— Всякую всячину: записки, засушенные цветы. Если Рената все это сохранила, в чем я мало сомневаюсь, вы найдете эти сокровища в ящиках на чердаке.

Поселившись в доме, я все время откладываю его обследование. У меня это давняя привычка. В детстве мне не позволяли подниматься на чердак, утверждая, что это опасно, да и портрет Дженис Линклейтер, сурово глядевший со стены, не поощрял непослушание.

Я побывала на чердаке один-единственный раз, еще с тетей, чтобы взять оттуда ракетки для игры в джокари. Помню негостеприимную темноту, мебель в пыльных чехлах, какие-то коробки и старые сундуки.

— Откуда вы все это знаете, Бабетта? Я про историю «Литтл Балморала».

— Дженис Линклейтер оставила много дневников, думаю, вы и их отыщете на чердаке. Мы с Ренатой все их прочли. Дженис Линклейтер очень любила дом, он был ее убежищем, потому в нем и сохранилась отчасти ее душа. Благородная, ничуть не зловещая душа, но не будем забывать, как грустно и одиноко ей было. «Литтл Балморал» не забыл ее, как не забыл страданий солдат Первой мировой, спасавшихся там и там же умерших. Об этом свидетельствуют архивы мэрии.

Я невольно ежусь.

— Не бойтесь, не все призраки зловредные, но некоторым из них нужен порой лучик света. Они остаются в доме, где находились при жизни, и рассказывают его историю, их задача сделать так, чтобы мы сохраняли его позитивную энергию.

Я усмехаюсь.

— При помощи шалфея?

Элизабет трогает мою руку.

— Не только, Федра. Верните дому жизнь, он этого заслуживает, верните прежнее счастье. Вашей тете не до конца удалось это сделать, зато у вас, я уверена, все получится.

Слова колдуньи из Корнеота продолжают звучать у меня в голове на обратном пути. По неведомой мне причине они тронули меня и заставили взглянуть на «Литтл Балморал» немного по-другому. Получается, раньше я принимала этот дом не вполне всерьез.

На краю деревни я ускоряю шаг, толкая перед собой пустую тачку, как вдруг у меня за спиной раздается автомобильный гудок. Адам подъезжает ко мне и опускает окно автомобиля.

Я приветствую его улыбкой.

— Какие люди! Месье Две Тысячи Евро!

— Не облагаемых налогом, – шутит он. – Вид у тебя – супер!

Я, не останавливаясь, опускаю глаза и вижу свой комбинезон землистого цвета и уродливые сапоги. В таком облачении мне ни за что не выиграть ближайший конкурс красоты.

— Подвезти?

— Нет, благодарю, здесь уже совсем близко, к тому же ты потом не отмоешь свой багажник, тачка полна земли.

— Ты обдумала мое предложение?

— Да.

Бегут секунды.

— И?

— Две тысячи двести, и ты сам себе стираешь. И еще: предупреждаю, я тебе не кухарка.

Его это веселит.

— Что-нибудь еще?

— Да, запрет пользоваться ванной, будешь довольствоваться душем при комнате, которую я тебе выделю для сна.

— Без проблем.

— И последняя деталь. Не смей обращаться ко мне с утра, когда я только встала.