Книга Ветры над усадьбой «Литтл Балморал», страница 21 – Софи Жомен

Одно мне понятно: раз тете важно было, чтобы коробку доставили на мое имя вместо того, чтобы ее передал мне нотариус, то весь смысл именно в том, чтобы я почувствовала, что «Литтл Балморал» отныне – мой дом и впредь доставка посылок для меня по этому адресу – обычное дело.

Моя тетя была истинным двуликим Янусом, вся состояла из парадоксов и причуд. Эта ее противоречивость послужила нашему с ней отчуждению.

Ключ подождет. Я быстро утоляю голод картофельным пирогом, натягиваю джинсы и кофту с капюшоном, нахожу в обувном шкафу резиновые сапоги, беру под мышку коробку с луковицами и иду в сарай за садовым инвентарем. Это будет мой закладной камень, первое мое усилие на благо усадьбы.

Я обхожу дом и с радостью убеждаюсь, что эта земля не утратила былой красоты и очарования. Участок бугристый, ухаживать за ним – та еще морока, но для меня нет ничего чудеснее этих усеянных маргаритками пригорков.

У колодца меня ждет новый сюрприз, заставляющий разинуть рот от удивления. Дело не в беспорядке, устроенном здесь кабанами, а в количестве желтеющих в траве тыкв. Их видимо-невидимо, всех размеров и всех мыслимых форм. При желании можно было бы отвезти все это богатство в Корнеот и водрузить по тыкве под каждым окном на Хеллоуин.

Совершенно непонятно, как мне со всем этим быть!

Меня разбирает смех: скрипучий дом, негативная энергия, тыквы под ногами – не иначе, братья Гримм искали вдохновения для своих сказок в похожем месте.

Весь колодец зарос мхом. Он ровесник дома, девять лет назад из него еще брали воду для полива грядок, благодаря обильным дождям в нем хватало воды. Я очищаю ржавый ворот колодца от сухого плюща и принимаюсь вскапывать землю вокруг колодца, чтобы посадить луковицы. Завершив этот труд и щедро оросив землю водой, я испытываю странное удовлетворение. Я делаю все это не только в память о тете, но и ради самой себя. Впервые в жизни у меня появилось что-то свое.

«Литтл Балморал» мой, а я – его.

На два года.

На следующий день я начинаю искать то, что открывает полученный от тетки блестящий ключик. Что это – шкатулка, сундучок? Я обшариваю весь первый этаж, но тщетно. Час поисков ничего не дает.

Подойдя к лестнице, я вглядываюсь в портрет первой хозяйки усадьбы. В детстве я боялась подниматься по этим ступенькам одна, женщина на картине нагоняла на меня страх, но те времена давно миновали.

— Не сердись, я буду искать дальше.

Я делаю перед портретом реверанс, взбегаю на второй этаж и начинаю с правой его части. Здесь нет электричества, но не беда, в окно в дальнем конце коридора льется свет.

Одна комната здесь выходит окном в сад, другая – во двор. В обеих я ничего не найду, они пусты, если не считать трухлявых оконных рам, пыли, заплесневевших, местами отставших от стен обоев и паутины. Я иду в противоположный коридор, там еще одна спальня и тетина мастерская.

Открыв первую дверь, я сразу вспоминаю, что тетя обещала продолжить ремонт с этой комнаты. Это не спальня, а библиотека, где три стены заняты резными книжными шкафами, искривившимися и потрескавшимися от старости. Здесь не обойтись без шлифовальной машинки, но шкафы все же хороши, и я говорю себе, что у меня эта комната засверкает как новенькая.

Нижние дверцы шкафов закрыты, я распахиваю их в надежде найти искомое, но за дверцами все те же пустые полки.