Книга Ветры над усадьбой «Литтл Балморал», страница 20 – Софи Жомен

Я откладываю дальнейшую прогулку по дому и вместо этого раскладываю свои вещи, благо их немного, – моя жизнь осталась в Квебеке, придется многое докупить. Никак не могу освоиться с мыслью, что мне придется надолго здесь задержаться…

Уже второй час дня, я проголодалась. Ставлю в микроволновку свой картофельный пирог и начинаю разводить огонь в камине – пока еще рано включать электрообогреватели, к тому же запах горящих дров раз в сто здоровее запаха шалфея, подарка местной колдуньи. Она удивительная женщина, хотя слегка не от мира сего. Нет ничего странного в том, что моя тетя выбрала ее себе в подруги.

Я устраиваюсь за кухонным столом, чтобы пообедать^[4]. Окно передо мной выходит на лужайку позади дома, пейзаж, разворачивающийся дальше, будет сопровождать меня месяцами: огромные ели, широколиственные деревья, ежевика и разный другой кустарник – что ж, не самый плохой вариант. За противоположным окном шуршит гравий, я оглядываюсь и вижу автомобиль. Иду открывать дверь.

Меня навестил кто-то с местной почты. Из машины выходит улыбчивая миниатюрная блондинка.

— Добрый день! Ворота открыты, вот я и позволила себе к вам свернуть, вам посылка, она не влезает в ящик для писем. Там нет домофона, поэтому…

— Правильно сделали. Это не мне, а, скорее всего, моей тете? Наверняка вы знаете, что она скончалась.

— Нет, посылка адресована некоей Федре Демэ. Это же вы? По словам Элизабет Пине, вы приехали вчера.

Ну, конечно! Если хочешь, чтобы все всё знали, перебирайся жить в деревню.

— Да, это я. Только странно, что это мне, я ничего не заказывала, и, главное, никто еще не знает мой новый адрес.

Она пожимает плечами и сует мне ручку, чтобы я подписала квитанцию. Отправителем значится нотариальная контора мэтра Троттуа в Корнеоте. Странное дело, мы с ним виделись только вчера.

— Кажется, вы займетесь ремонтом? – спрашивает меня почтальонша.

Ну, что я говорила? Здесь все в курсе всего!

— Так и есть.

— Если бы я получила в наследство такой дом, то устроила бы в нем гостевые комнаты. В наших краях на этом можно неплохо заработать.

Я молча улыбаюсь, не смея сознаться, что в моих планах попросту продать дом, и если в нем когда-нибудь появятся комнаты для гостей, то уже после моего отъезда.

Я прощаюсь с ней и, заинтригованная, с посылкой под мышкой, возвращаюсь в кухню. Там я разворачиваю ее с бесконечной осторожностью, как если бы боялась что-то порвать или разбить. Мне прислали деревянную коробочку с наклейкой Amaryllis minerve. К коробочке приложены два пакетика – это луковицы крокуса и тюльпана. Все это сопровождается конвертом с запахом амбры, любимых духов моей тети. Первым делом я вскрываю этот конверт. В нем листок бумаги, затушеванный красным карандашом. Мое удивление длится не дольше пары секунд.

Этот фокус мне знаком, такой же листок тетя преподнесла мне девять лет назад, в мой последний приезд в «Литтл Балморал». Я переворачиваю конверт, и из него выпадает красная пластмассовая пластинка, достаточно приложить ее к письму, как проступает текст.

На дне коробки действительно лежит обещанный ключ – маленький, отливающий золотом, не больше ключика от шкатулки для украшений. Понятия не имею, от какого он замка, тетушка всегда была любительницей всевозможных загадок и неожиданностей. Когда мы с мамой приезжали к ней на пасхальные каникулы, она устраивала невероятную охоту за сокровищами. Нужно было отгадывать загадки, чтобы находить пасхальные яйца, это навсегда врезалось мне в память.