Книга Ветры над усадьбой «Литтл Балморал», страница 15 – Софи Жомен

В голову сразу приходит мысль, что первый владелец был не вполне в своем уме, если решился на строительство в таком месте. В здравомыслии того, кто живет здесь сейчас, тоже есть причины сомневаться. Сейчас самое время больших осенних разливов, поэтому вокруг дома плещется соленая морская вода. Не залита – и то, наверное, временно – только ведущая к дому узкая дорога. Как раз сейчас воды Ла-Манша поднимаются с нарастающей скоростью. Придется уложиться максимум в час, чтобы не пришлось спасаться отсюда вплавь.

Я въезжаю в распахнутые ворота, проезжаю по аллее и заранее разворачиваюсь, чтобы можно было стартовать отсюда, не мешкая, если меня застанет резкий подъем воды.

Повесив на шею фотоаппарат, я захлопываю дверцу машины и озираюсь.

Здесь не отказался бы снимать кино Тим Бертон. Дом из позеленевших от постоянной сырости красных кирпичей выступает из тумана башенками на всех своих четырех углах и слабо поблескивает потускневшими от времени панорамными окнами. Крыша дома черна, как самая беспросветная ночь.

— Здравствуйте!

Я поворачиваюсь на голос. Ко мне шагает невысокий мужчина с длинной седой бородой в резиновых сапогах до колен, в широком остроконечном берете. Я готов поклясться, что это один из гномов из сказки про Белоснежку. Но на самом деле это всего лишь владелец усадьбы.

— Вы журналист? – спрашивает он. – Вы правильно выбрали момент, он как раз ожил, сами увидите, это какое-то безумие! Уже несколько дней, как он не дает нам покоя.

Я стараюсь сохранять серьезность. Без сомнения, Мишель Делакр имеет в виду призрак, и слово «безумие» следует понимать буквально.

— Здравствуйте, мсье Делакр, я Адам Лафай, сотрудничаю с сайтом espritestula.com. Спасибо, что согласились со мной встретиться. Чрезвычайно симпатичное местечко!

— Было бы симпатичное, если бы не это несносное привидение. Вы приехали из Парижа?

— Совершенно верно.

— Еще десять лет назад у меня был дом в 20-м округе. Переезжая сюда, я не ожидал, что меня подстерегает ЭТО. – Он обводит рукой пейзаж.

В нашем ремесле важно всегда сохранять серьезность, что бы нам ни плели, демонстрировать интерес, иначе ничего не получится. Даже я, при всем своем скепсисе, вынужден следовать этому правилу.

— Так вы говорите, что это дом с привидениями?

— Именно, да еще с каким!

Я достаю телефон.

— Не возражаете, если я буду вас записывать?

— Сделайте милость. Я счастлив, что вы засвидетельствуете происходящее. Здешние журналисты меня не слушают, они считают меня сумасшедшим.

С чего бы это?

Цель моего интернет-репортажа – не превратить людей в посмешище, а рассказать о том, что они пережили и во что верят, и все же нельзя на задуматься, что же заставляет их свято верить в собственные россказни.

— Что убедило вас в том, что в доме завелось привидение?

Он смеется с ноткой презрения, как будто перед ним деревенский дурачок, который никогда ничего не поймет. Меня гипнотизирует этот его смех.

— Разве не очевидно? Полюбуйтесь! – И он обводит жестом обступившие нас хляби.

— Вы считаете это проделками привидения?

— А как же! Он затопляет нас дважды в год, да так, что мы с женой, промучившись три года, все-таки решили отсюда съехать. Решить-то решили, но что толку? Дом, как вы догадываетесь, невозможно продать. Кому охота приобретать собственность, где хозяйничает призрак?