Книга Верь/не верь, страница 60 – Инна Борисова

— Ну мы можем сходить к гадалке, она точно знает, что делать. – Окулова подносит к лицу маленькое зеркальце, проверяя, не растерлась ли красная помада.

— У следователя Чумбоевой будут варианты?

— Есть проверенная нойда…

— КАТЯ! – Отегов выходит из себя, кидая в Катерину ручкой. Та только лицо прикрывает, даже не пытаясь увернуться.

— Виновата, товарищ полковник.

— Кургин?

— Я бы проверил его могилу. Не мог же он из нее вылезти, как бесплотный дух, и пойти метелить милицейскую машину. Если там чисто, то мы просто примем как факт, что у нас случилась массовая галлюцинация. А в отчетности в любом случае напишем про медведя.

Абрам Вениаминович кивает.

— Все, уйдите с глаз моих, я не могу уже на вас смотреть. Как вы мне все дороги…

Гриша первым выбегает из кабинета, решив, что идиоты вперед, а потом уж дамы. Свежий уличный воздух бьет в лицо обжигающей пощечиной, он вжимается в стену, тяжело дыша. После армейки долгое нахождение в замкнутых пространствах с неприятными людьми вызывало приступы удушья, от недостатка воздуха изо рта сыпались неуместные и тупые шутки, лишь бы сознание не потерять.

— Нет, ну ты слышала? – Окулова с Чумбоевой вываливаются из отдела, поджигая тонкие вонючие сигареты с ароматизатором. – Он в колдовство не верит. А когда я натальную карту его дочери делала, что она безумно талантлива, уши развесил только в путь. – Катерина, жгучая кудрявая брюнетка с темными глазами, возмущенно машет руками. – Заболоцкий, с возвращением в психушку. – Порывисто обнимает, Гриша снова теряется. Ну почему вы все такие добрые? Как теперь быть порядочным мстителем? – Отслужил, мужиком стал. А то был тощий, страшный. А теперь жених. – Смеется, ерошит волосы наманикюренной маленькой рукой. – Пойдешь к нам работать?

— Не пойду. Меня Отегов, знаете, куда пошлет. – Гриша пытается сделать злое лицо, но не получается. Сука.

— Да мы тут все ебанутые, ты не заметил? – Хихикает. – Давай, че ты переживаешь? Кто бабок в лесу искать будет? Я тебе натальную карту сделаю. В шоке будешь!

Гриша в шоке от самой перспективы, выдавливает из себя кислую улыбку.

— Катерина, я очень ценю ваше предложение. Я подумаю. – Отдает честь капитанше, заметив заинтересованный взгляд Окуловой. – Что?

Марина медленно подходит, цепляет пальцами за подбородок и вертит лицо влево-вправо. У нее чуть раскосые зеленые глаза, русые волосы забраны в тугой пучок, губы тонкие, обведенные густым слоем темного карандаша. Настоящая хищница-сердцеедка. Чумбоева блекнет на ее фоне, хотя раньше Грише казалось, что это она женщина-вамп. Досадная ошибка.

— А ты ничего такой стал. – Выдыхает колечко дыма. – Я бы с тобой…

— Марина! Он же ребенок! – Чумбоева протискивается между ними, как сердобольная клуша, спасающая своего цыпленочка от лисы.

— В армии отслужил? Значит, не ребенок. – Нехотя отстраняется, подмигивая и посылая воздушный поцелуй. – Если что, ты знаешь, где меня найти. Малыш, – обнажает зубы в следах помады, выкидывая бычок в снег, – свободна, одинока, люблю шампанское и розы. Но обязательно красные, не перепутай. – Удаляется в отдел, покачивая бедрами. Гриша неприкрыто пялится, пока дверь не закрывается.

— Заболоцкий, – в реальность из эротических фантазий его возвращает голос Катерины, – она тебя проглотит и не подавится.