Книга Верь/не верь, страница 163 – Инна Борисова

— Был. Но я тебе ничего не скажу, – фыркает. – Не надейся. Чтобы тебе стало совсем интересно, скажу, что первая барышня у меня случилась недавно. А в школе все было сложно и непонятно. – Переворачивает страницу. – Вот он, легендарный момент!

Анатолий хихикает. Он помнит этот день в деталях. Гриша приперся вечером, и Толик, подобно гиперопечной мамане, поставил его к стенке и сфотографировал. Первый засос! Такой важный момент в жизни каждого мужчины. И как грустно, что за этим, как выясняется, никакой ночи страсти не было. Может, потому и не рассказывал…

— А из армии тебя кто-то ждал? Колись давай!

— Неа, никто меня не ждал. Только друзья. – Чешет нос и громко чихает в ладони. – Сука, никак к этому травяному запаху снова не привыкну. Если бы ждал, я бы похвастался, а так…

— Ну, погоди, ты с кем-то уже успел полимониться. И кто она? Она хороша собой? – Толя призывно шевелит бровями. – Скажи, что у нее титька размером с мою голову, и я нареку тебя мастером соблазнения.

Гриша снова как-то сникает.

— Хороша. Была. Она умерла. – Хмурится. Толя поджимает губы, чувствуя стыд. Опять полез куда не надо, расстроил.

— Надеюсь от того, какой ты половой гигант. Шучу, извини. Соболезную.

— Да вы ведь были знакомы с Мариной. Ее убил кто-то, я никак не могу понять почему. – Гриша елозит ложкой в чае. Толик аж брови поднимает от удивления. Гриша да с Мариной? Он себя-то не мог представить рядом с этой хищной красоткой, коленки подкашивались от ее взгляда, а тут его мелкий братец сумел завалить такую мадам!

— Знаешь, я беру свои слова назад. Мне казалось, что Окулова нашему уровню недоступна… Но тут снимаю шляпу. Прости, Господи. – Крестится. – Это даже круче титьки шестого размера. А ты каким боком к материалам дела?

Каким-каким, как всегда, через мусоров. Толик Кургина не то чтобы не переваривал, но не сильно уважал. Вроде добродушный, но мутный, зараза, не разберешь, че за человек на самом деле. Вот Катька хорошая, он от нее наслушался про оперов достаточно, чтобы никогда не верить им на слово. Заболоцкий нервно смеется.

— Я уже говорил. Я снова подрабатываю. Но тут моя система дала сбой, и я пока не придумал, как это исправить. Все ходим в центре вокруг старого барака и понять ничего не можем, а каждый раз туда приводит.

Толя становится очень серьезным.

— Ты внатуре меня научишь? – Самому не верится, что спрашивает. Так и представляется объявление в газете: «потомственный колдун Порчеслав Поносович нашлет чирий на яйцо вашим недоброжелателям и проклянет нестояновым каждого, кто посмотрит на вашу жену. Дорого, быстро, качественно».

— Научу. Там ничего сложного, надо алгоритм понять и смысл каждого действия. Я сам, признаться честно, пока не во всем разобрался, но в процессе. Колдовство ведь это не только пассы руками, это стиль жизни. Совершенно особенное понимание того, как работает мир и какое место в нем занимаешь ты.

Слишком сложно для одного бедного Анатолия в теории, но он думает, что постарается. Если драки с нечистой силой не избежать, хочется быть уверенным, что накостыляешь ей по репе достаточно, чтоб больше не сунулась.

— Ладно. Тогда договорились.

— Ты правда уверен? – Гриша прячет глаза.

— В чем? В том, что я буду экзорцистом? Естессна.

— Нет. В том, чтобы я у тебя пожил и помог с ремонтом. Тебе правда в доме убийца нужен?