Книга Врач-попаданка. Невольная жена дракона Генерала, страница 51 – Диана Фурсова

Алина не заметила, как сама сняла перчатки, подхватила тряпку и начала стирать пыль со стола.

— Миледи! — ахнула одна из прачек.

— Что? — не оборачиваясь, спросила она.

— Вам… не надо…

— Мне надо, чтобы завтра тут не пахло прошлым.

Прачки переглянулись и молча взялись за дело.

Очень хорошо.

Не спорят. Значит, поняли главное: здесь не играют в красивую госпожу. Здесь строят.

Через четверть часа комната уже изменилась. Чуть-чуть, но достаточно. Пол выметен. Старый стол вычищен. На полках — пусто, значит, готово. У окна — поставили второй табурет. Под стеной — низкий шкафчик, который Тарр нашёл где-то в коридоре. На двери — новый засов.

Алина стояла посреди этого беспорядочного порядка и вдруг поймала себя на совершенно нелепом ощущении.

Ей хотелось улыбнуться.

Не потому, что день был хорошим. День был чудовищным.

А потому, что впервые с момента попадания сюда у неё появилось место, где всё будет так, как скажет она. Не муж. Не экономка. Не лекарь. Не сплетницы за спиной.

Она.

— Довольны? — раздался у двери голос Рейнара.

Она обернулась.

Он так и не ушёл.

Стоял там всё это время, пока двигали мебель, поднимали пыль, таскали тазы и спорили о полках. Не вмешивался. Просто смотрел.

Будто ему тоже было важно увидеть, чем всё это станет.

— Пока нет, — ответила Алина. — Но уже значительно меньше хочется убить всех вокруг.

— Обнадёживает.

— Не привыкать же вам к комплиментам.

Он вошёл внутрь, окинул комнату взглядом и вдруг коснулся пальцами края вычищенного стола.

— Здесь действительно стало иначе, — сказал он.

— Конечно. Тут появилась мысль.

— Вы очень высокого мнения о себе.

— А вы только сейчас заметили?

На этот раз он усмехнулся. По-настоящему. Коротко, резко, почти неверяще.

И от этой усмешки тесный бывший чулан вдруг стал ещё теснее.

Слишком много в нём было его тепла, его силы, его взгляда.

Алина собралась сказать что-то ещё — колкое, спасительное, привычное, — когда заметила, как он чуть повёл правым плечом.

Едва-едва.

Но для неё этого хватило.

— Сядьте, — сказала она.

Рейнар поднял бровь.

— Вот так сразу?

— Милорд, я уже видела два трупа за день и устроила переворот в лазарете. Не портите вечер ещё и собственным упрямством.

— Это приказ?

— Медицинская необходимость.

Он не спорил.

Просто взял тот самый вычищенный табурет у окна и сел. Медленно. Осторожнее, чем хотел показать.

Алина подошла ближе.

Тарр мгновенно исчез за дверь вместе с прачками и Ивоной так ловко, будто у него было редкое военное чутьё на моменты, в которых лучше не присутствовать.

Остались только они.

И маленькая бывшая кладовая, где пахло щёлоком, пылью, холодом и чем-то ещё — новым.

Её местом.

— Мундир снимайте, — сказала Алина.

Он поднял на неё взгляд.

Тёмный. Усталый. И слишком внимательный.

— Вы всегда так распоряжаетесь мужчинами в своих кабинетах?

— Только теми, кто делает вид, что может жить с гнилым плечом.

— Оно не гнилое.

— Ещё нет.

Она шагнула ближе.

Он поднялся сам.

Слишком близко.

Алина почувствовала исходящее от него тепло, силу, запах кожи, дыма и зимнего ветра. Пальцы сами потянулись к застёжкам его мундира, но на миг замерли.

Потому что это было уже не спором за столом.

И не осмотром солдата в лазарете.

Это было другое.

Личное. Опасное. Слишком тихое.

Рейнар не двигался.