Книга Врач-попаданка. Невольная жена дракона Генерала, страница 43 – Диана Фурсова

— Не впечатляет. Я всё это уже прожила.

— Именно поэтому вы никуда не пойдёте одна.

В его голосе не было повышенных нот. Но Алина вдруг слишком ясно почувствовала: ещё шаг — и они оба забудут, что в кладовой есть кто-то кроме них.

Плохо.

Очень плохо.

— Милорд, — тихо произнесла Бригитта, — шкатулка стояла не в гардеробной на виду. Леди прятала её за фальшивой стенкой в шкафу для зимних плащей.

Алина резко повернула голову.

— Откуда вы знаете?

— Потому что один раз приносила туда горячий кирпич для ног. И увидела, как леди прячет ключ в подгиб старого голубого плаща. Она не заметила меня.

Хорошо.

И ещё хуже.

Потому что это уже пахло настоящей памятью, настоящим следом, который Аделаида оставила неосознанно — или единственным способом, на который у неё хватило сил.

— Значит, идём, — сказала Алина.

Рейнар не сводил с неё взгляда.

— Вместе.

— Не командуйте мной в таких вещах.

— Я командую всей крепостью. С чего бы вам быть исключением?

— С того, что это мои комнаты.

Он сделал шаг ближе.

— В которых вас чуть не убили.

— А если я хочу найти то, что прежняя Аделаида прятала именно от вас?

Слова сорвались раньше, чем она успела решить, стоит ли бить именно туда.

И попали.

Очень.

Рейнар остановился.

В золотых глазах вспыхнуло что-то тёмное, резкое, почти болезненное. Не ярость на неё. Хуже. На себя. Или на память, которую она задела.

— Тогда, — произнёс он слишком спокойно, — у вас есть прекрасный шанс сделать это у меня на глазах.

Тарр всё-таки кашлянул в кулак.

Бригитта опустила голову.

Слишком поздно.

Напряжение уже разлилось по кладовой густым горячим маслом.

Алина смотрела на Рейнара и с раздражающей ясностью понимала две вещи сразу. Первая: он не отступит. Вторая: часть её не хочет, чтобы он отступал.

Проклятье.

— Хорошо, — сказала она. — Но когда мы найдём тетрадь, вы не вырываете её у меня из рук.

— Зависит от того, что там будет.

— Нет. Не зависит.

Он склонил голову набок, будто раздумывал, стоит ли сейчас её придушить или подождать до спальни.

— Вы невозможны.

— Вы уже говорили.

— А вы, похоже, так и не устали это доказывать.

— У меня был насыщенный день.

На этот раз уголок его рта всё-таки дрогнул.

Быстро. Опасно.

И от этого короткого движения внутри у неё вдруг стало совсем не к месту тепло.

Непозволительно.

— Капитан, — сказал Рейнар, не отрывая взгляда от Алины. — Бригитту под охрану. Но без цепей. Её никто не трогает, не поит и не уводит без моего приказа.

— Да, милорд.

— И ещё, — добавила Алина. — Пусть ей принесут воду. Чистую. Если она врёт, пусть делает это с ясной головой.

Бригитта посмотрела на неё с таким изумлением, будто впервые за много лет не поняла, кто перед ней — жертва, госпожа или палач.

— Не благодарите, — сказала Алина сухо. — Это не из жалости. Мне нужно, чтобы вы не умерли слишком удобно.

В покоях было темнее, чем ей помнилось.

Не от свечей — от ощущения.

Словно после всех сегодняшних смертей, разговоров и ужина сама спальня стала теснее, холоднее, настороженнее. Тот же тяжёлый полог, тот же камин, те же тени в углах. Но теперь Алина входила сюда не как жертва, очнувшаяся после покушения, а как человек, пришедший копать под слоем чужой лжи.

Мира уже ждала.

Увидев за её плечом генерала, она мгновенно отступила, но не растерялась.