Книга Врач-попаданка. Невольная жена дракона Генерала, страница 186 – Диана Фурсова

— А ещё, — добавила она, — в приграничных домах люди быстро начинают уважать того, кто умеет лечить, считать зерно и не падать в обморок при виде грязных сапог. Это вам не салонные курицы.

Алина не отрывала глаз от бумаг.

Лекарская.

Дом при поместье.

Две деревни.

Свои запасы.

Свои люди.

Своя кухня.

Своя территория.

Там, где её хотят убрать из центра, она может впервые получить не просто комнату в доме мужа, а собственное управляемое пространство.

И это было слишком хорошей правдой, чтобы не оказаться болезненной.

Потому что стоило признать: идея сильная.

Даже если родилась из чужой попытки её вытолкнуть.

— Вы уже всё решили, — тихо сказала она.

— Нет, — ответил Рейнар. — Я нашёл ход, при котором они думают, что отнимают у вас позицию, а мы на деле даём вам другую.

— Мы?

— Да.

Он сказал это без нажима.

Без красивости.

И именно поэтому слово ударило сильнее.

Марта очень деликатно отвернулась к окну.

Тарр — тоже.

Хорошо.

Пусть хотя бы стены делают вид, будто не слышат того, что между ними всё время скользит под обычными фразами.

Алина медленно закрыла папку.

— Если я уеду, — сказала она, — это не будет как сломанная жена на воды. Я уеду с людьми. С книгами. С частью лекарских запасов. С правом принимать. С правом считать. С правом перестраивать хозяйство. И с вашим официальным письмом, где будет сказано, что Бранное переходит под моё управление как временной хозяйки дома Вэрн на рубеже.

Тарр поднял голову.

Даже он, кажется, не ожидал, как быстро она уже перевела удар в позицию.

Рейнар же смотрел так, будто именно этого и ждал.

— Будет, — сказал он.

— И ещё. Мира едет со мной. Дара — если согласится. Марта — если не пошлёт нас к чёрту. Из стражи — не ваши тупые красавцы у дверей, а люди Тарра, которые умеют не только громко носить меч.

— Вы многого хотите.

— Я уже заметила, что иначе здесь плохо выживают.

Уголок его рта дрогнул.

Совсем чуть-чуть.

— Будет вам Мира. Дара — если выберет сама. Марта…

— Я поеду, — отозвалась та от окна. — В Бранном почва хорошая, а у здешних стен от людей уже дурно растёт даже полынь.

Тарр кашлянул, пряча почти улыбку.

— Охрану подберу, — сказал он. — Не болтунов.

— И письма, — добавила Алина. — Мне нужны прямые пути связи с крепостью. Не через общую канцелярию.

— Отдельный курьер будет, — ответил Рейнар.

Она смотрела на него молча.

Долго.

Потому что ярость ещё не ушла полностью. И унижение тоже. И всё же поверх них поднималось другое — опасное, тяжёлое понимание, что он сейчас делает очень редкую для мужчины его склада вещь.

Не убирает её с поля.

Даёт ей другое поле.

Это не про нежность.

Именно поэтому значило больше.

— Когда? — спросила она.

— Послезавтра.

— Так быстро?

— Чем быстрее вы уедете, тем убедительнее для дворца. И тем меньше времени у тех, кто уже понял, что в крепости им тесно.

Логично.

Проклятье.

Ненавидела, когда он был логичен.

— Я ненавижу, что вы правы, — сказала Алина.

— Я тоже не в восторге от этого чувства.

Вот теперь она почти улыбнулась.

Почти.

И тут же погасила это.

Потому что нельзя.

Ни в таком разговоре.

Ни с таким мужчиной.

Особенно не после того, как он только что предложил ей целый дом вместо узкой клетки.

— Хорошо, — сказала она. — Я поеду.

Тишина в комнате стала другой.

Не победной.

Решённой.