Книга Кухарка из Кастамара, страница 347 – Фернандо Х. Муньес

– Прошу прощения, ваша светлость, – сказал Эрнальдо, – и примите мою благодарность за уважение к моей дочери. Если я что-то могу для вас сделать, прежде чем меня отправят в королевскую тюрьму, только скажите.

Дон Диего кивнул, подошел к нему вплотную и сообщил, что он может уйти из этого мира двумя способами:

– В первом случае все узнают, что ты убийца, способный убивать и уродовать не только мужчин, но и женщин. Это ляжет непосильным грузом на плечи твоей дочери. Во втором – ты начнешь свой путь в ад скромно, без публичного наказания. Такой вариант избавит Аделу от последствий твоих преступлений. Кроме того, я позабочусь о том, чтобы ее взяли в благородный дом гувернанткой, если она не выйдет замуж или муж окажется не совсем достойным ее.

Эрнальдо не раздумывал ни секунды.

– Принимаю второе из ваших предложений, – ответил он не колеблясь, – и благодарю за эту возможность.

– В таком случае попрощайся с дочерью, а потом мы закончим разговор.

Эрнальдо вздохнул, понимая, что дни его сочтены, и пожалел лишь о том, что не успеет выдать свою пташечку замуж. Дон Диего направился к одной из калиток патио, но неожиданно остановился:

– Скажи, что толкнуло дона Энрике замыслить подобное преступление против меня?

– Вы вырвали победу в войне у сторонников Габсбургов, которых он тайно поддерживал, а с ней и возможность получить титул гранда Испании, – ответил Эрнальдо. – Но это он еще, может быть, и простил бы и принял поражение, если бы вы не отняли у него ту, которую он любил больше всего.

Дон Диего нахмурился, но так и не смог отыскать в памяти ничего, подтверждающего это утверждение. Недоумение герцога подтвердило подозрения Эрнальдо, что тот никогда не знал ни о теплых отношениях между женой и доном Энрике, ни о притязаниях последнего на нее. Понятно, что герцогиня предпочла сохранить это в тайне.

– Доньи Альбы, ваша светлость, вашей жены, – ответил он, и лицо герцога застыло от удивления. – Вы женились на ней, когда маркиз собирался сделать ей предложение. Смерть вашей жены повергла его в такое отчаяние, что он чуть не покончил с собой и, если я не слишком ошибаюсь, может сделать это сейчас.

Дон Диего промолчал с серьезным видом, пытаясь осознать услышанное.

Эрнальдо продолжил свой путь, проследовав за сопровождающим до маленькой деревянной двери, через которую попал в галерею. Потом поднялся на второй этаж, и лейтенант сопроводил его в салон. Скрипнула открывающаяся дверь, и он увидел дочь с влажными, опухшими от слез глазами, которая смотрела на него, понимая, что это их последние мгновения вдвоем. Когда дверь закрылась, Адела встала, обошла овальный стол из красного дерева и остановилась перед ним.

– Тебе уже все рассказали? – спросил Эрнальдо.

Адела кивнула и в отчаянии бросилась ему на грудь, заливая слезами его грязную рубашку, пока та не промокла насквозь. Он сжал губы и сказал, что она лучшее, что было у него в жизни, что все остальное лишь очередной этап и что все счастье, которое ему довелось испытать на этой земле, подарила ему она. Адела еще сильнее обняла его, как в детстве, когда по ночам испытывала страх и пыталась рассеять охватившую ее панику.

– Пришло время тебе лететь на свободу. Я все сделал для того, чтобы, когда меня не будет, ты могла позаботиться о себе сама.