Книга Кухарка из Кастамара, страница 283 – Фернандо Х. Муньес

Поднявшись в комнату дона Диего с известием о письме, она увидела и услышала гораздо больше, чем ей хотелось бы. Когда она подошла к двери, чтобы постучать, та была приоткрыта, и она стала свидетельницей неприятной для нее встречи Клары Бельмонте и его светлости как раз в тот момент, когда он признался кухарке, что никогда ее не оставит, и в конце наклонился к ее губам для поцелуя. От одной мысли, что кухарка может превратиться в хозяйку всего Кастамара, у нее внутри все перевернулось, и ее потянуло прервать эту сцену. Однако хуже всего было не это.

Простившись с его светлостью и сеньоритой Бельмонте, она закрыла дверь, притворившись, что ушла, но через пару шагов вернулась на цыпочках, приложила ухо к двери и услышала, как господин обещал кухарке поговорить с ней наедине. Урсула достаточно хорошо знала дона Диего, чтобы понимать, что если он даст слово жениться, то ничто на земле не сможет остановить его, а это бы означало полную потерю Кастамара. Кроме того, по тому, как Клара была готова поцеловать его, было видно, что она не собирается отказывать ему. Если это не исправить, то скоро все увидят, как потомки Бельмонте расхаживают на правах хозяев в этом святом месте. И от кухарки, которой уже за тридцать, будет зависеть продолжение славного рода Кастамаров! Женщина, в семье у которой рождались только девочки! «Боже праведный, – говорила себе Урсула. – Герцог сошел с ума».

Поэтому сейчас она очень спешила, чувствуя, как к горлу подступает тошнота. Оказавшись в своей комнате, она закрылась на ключ и, не в силах дольше сдерживаться, вытащила из-под кровати чистый ночной горшок и оставила в нем все, что съела на ужин. Потом она повалилась на тюфяк, пытаясь выровнять учащенное дыхание. Ей нужно было быстро продумать план дальнейших действий. Она встала, полная гнева и бессилия, и раз за разом стала бить кулаком в стену, пока не почувствовала, что вот-вот разобьет себе руку. Она упрекнула себя, что слишком сосредоточилась на своей борьбе за власть с доном Мелькиадесом и не заметила то, чего кухарка достигла своими незаметными письмами. Ведь победное восстановление власти Урсулы над кухней послужило бы слабым утешением, если бы Клара Бельмонте превратилась в хозяйку всего поместья. Ей нужно было найти союзников, которые понимали бы нависшую над Кастамаром опасность. Не в ее власти было помешать бракосочетанию, и поэтому она должна была найти кого-то, у кого такая власть была.

Неожиданно беспокойство экономки отступило: если и существовал кто-то, способный понять, что за несчастье грозит всему роду, кто-то, имеющий особое влияние на герцога, то только донья Мерседес. Действовать следовало очень аккуратно, поскольку она не могла заявиться перед госпожой и выложить ей, что подслушала личный разговор ее сына. Нужно было придумать что-то обычное, спонтанное, что оправдало бы ее бестактность в глазах дона Диего. Урсула вздохнула и уверенной походкой направилась на поиски доньи Мерседес. Она подумала, что точно найдет ее в маленьком Восточном салоне, где та играла в «двадцать одно» со своим верным другом доном Энрике. Она поднялась по лестнице на третий этаж. Потом прошла мимо задержавшихся слуг, у которых еще оставались невыполненные дела. Она едва обратила на них внимание, хотя и заметила, что один из них боязливо прячется, чтобы она не замучила его какой-нибудь новой просьбой или срочным поручением. «Лентяи, – с презрением подумала она, – нет ничего хуже нерадивости, главного качества этих посредственных людишек». Наконец она добралась до Восточного салона, который был назван так из-за оформления, которое для него заказала донья Альба, поскольку она привезла характерные для азиатской культуры предметы интерьера и мебель, в основном из Китая, принадлежавшие легендарной династии Мин.