Книга Кухарка из Кастамара, страница 260 – Фернандо Х. Муньес

– Стойте там, – послышался мужской голос. – Вы принесли деньги?

– Если информация и доказательства достойны доверия, получите несколько эскудо.

Мужчина кивнул, и ровно в тот миг, когда он собирался что-то добавить, Габриэль услышал, как одна из досок площадки, на которой он стоял, прогнулась под весом того, кто украдкой приближался к нему из-за спины. Не медля ни секунды, он бросился вправо, и мимо него, чуть задев голову, пронеслась и ударилась о землю утыканная гвоздями дубина. Тогда он понял, что за его спиной стоял кто-то в капюшоне. В мгновение ока он выхватил шпагу и со всей силы ткнул рукояткой в лицо нападающего, который отступил и упал на холщовые мешки. Потом он повернулся и выстрелил из дульнозарядника первому в голову. Человек, который встретил его требованием денег, уже больше никогда их не попросит. Выстрел затерялся среди шума потасовки, учащенного дыхания и вздохов. Он заметил, как из тени появились еще двое мужчин, и поблагодарил бога, что ни у кого из них не было пистолета и они надвигались на него с одними дубинками и палками. Он сразу же пришел к выводу, что они хотели не убить его, а лишь схватить. Нужно было спешить и покончить с ними до того, как придет в себя нападавший, которого он ударил в лицо рукояткой шпаги.

Наглецы не верили, что человек в одиночку способен ввязаться в драку против четверых, пока один из них не издал глубокий удивленный хрип, обнаружив, что ему лезвием проткнули грудную клетку. Габриэль пытался быстро передвигаться, когда все четверо пошли в атаку, но в конце концов не смог предотвратить удара дубинкой по ребрам. Он почувствовал острую боль, и его крик смешался с шумом заведения. Он молился, чтобы охотничья куртка хоть немного смягчила удар.

Заметив, что нападавший собирался опять его ударить, он бросился назад, уклонившись от дубинки. Потом стукнул того в лицо рукояткой пистолета и полоснул ему шпагой по промежности. От сильной боли бандит издал громкий крик и рухнул коленями в песок, с трудом пытаясь ползти. Оправившись после удара, его подельник уже успел встать с мешков и надвигался с огромной зазубренной навахой на Габриэля. Тот повернулся к нему лицом и отступил назад, чтобы уклониться от удара, но почувствовал глубокий порез на руке, из-за которого выронил пистолет. Он отступил еще на достаточное для шпаги расстояние, но этот тип действовал молниеносно, и Габриэль понял, что не успеет атаковать. Рискованным приемом он изменил направление и бросился на врага, уклонившись от лезвия навахи, которое прошло мимо. Опрокинув его, словно куклу, Габриэль навалился на него, блокируя руку с ножом. При этом по двору разнесся хруст ломающихся костей, и враг застонал, будто бы находился в одной из спален на верхнем этаже борделя. Не давая ему опомниться, Габриэль ударил его по лицу.

Он сказал себе, что они дорого заплатят за эту ловушку, и, придя в ярость из-за нападения, заорал, нанося тяжелые удары один за другим, пока кулаки его не покрылись кровью. Тяжело дыша, он остановился, прежде чем отправить его на тот свет, и поклялся, что узнает от этого типа всю правду.

– Кто тебя нанял? – прерывисто дыша, спросил он. – Дон Энрике де Аркона?

И тут мужчина с опухшими глазами и разбитыми губами посмотрел на него и зашелся смехом, словно одержимый. Он собирался проучить его еще одной зуботычиной, но тут понял причину его смеха. Не успев даже пошевелиться, он получил удар по затылку такой силы, что вполне мог сломать шею. Голова стала каменной, и глаза заволокло туманом. Сзади стоял пятый человек, который, прячась в засаде, ждал подходящего момента, чтобы вмешаться. Габриэль попытался шевельнуться, но получил ногой в живот, отчего свернулся калачиком. Его схватили за волосы, пока он полз, уже обессиленный, и теперь били по голове и животу, но боль была уже не такой острой, потому что он постепенно терял сознание. Мысли его спутались, он лишь улавливал сбоку чьи-то движения, потом еще четыре руки его схватили за ноги и потащили через двор в неизвестном направлении. С трудом приоткрыв один заплывший глаз, он различил крупную фигуру, сидевшую на корточках перед убийцей, которого он избил.