Книга Кухарка из Кастамара, страница 172 – Фернандо Х. Муньес

– Что ты тут подслушиваешь, сплетница? Убирайся шпионить в другое место! – накричала она на нее, заставив половину кухни повернуться.

Беатрис отскочила от неожиданности и с обидой задрала подбородок, будто все это было неправдой. Скривившись, она пошла в атаку:

– Я работаю на этой кухне. Единственная, кто не на своем месте, так это ты.

Клара вмешалась и пресекла ссору на корню, отправив Беатрис чистить чеснок и сказав Элисе, чтобы та лучше уходила, пока об этом не узнало начальство.

– Не верь ей. Безделье – мать всех пороков, – сказала Элиса, все еще гневно глядя на Беатрис.

Клара попыталась успокоить подругу, сказав, чтобы она забыла про Беатрис и про то, что та за ними шпионит. Элиса посмотрела на нее и, засмеявшись, пошла по коридору. Однако Клара не собиралась так это оставлять. Вернувшись на кухню, она подошла к Беатрис и строгим шепотом приказала ей, чтобы та раз и навсегда прекратила шпионить и шла за ней. Она терпеть не могла безразличных к своим обязанностям людей, еще до начала работы настроенных на поражение из-за нежелания прилагать должных усилий. Мать учила ее, что если делать что-то, то нужно делать хорошо и уделять этому достаточно времени, чтобы так и получилось. Беатрис же, наоборот, тратила время впустую, когда резала лук и чеснок спустя рукава, не прилагая ни малейших усилий.

Девушка пошла за ней, и они вместе прошли через всю кухню под украдкой брошенные взгляды остальной прислуги. Когда они вышли в коридор, Клара повернулась и посмотрела на нее, ожидая увидеть более благоразумное поведение, но наткнулась на нахальный взгляд необразованной девушки, которая не считала ее своей начальницей.

– Беатрис, ты тут уже несколько месяцев и все еще не научилась правильно нарезать овощи соломкой. Понятно, что ты не настоящая кухонная работница и получила это место только благодаря донье Урсуле, чтобы быть на кухне ее глазами и ушами.

Та пожала плечами, доказывая, что не обладала даже капелькой самолюбия. Казалось, что эти слова, которые любого вогнали бы в краску, прошли мимо ее ушей. Тогда Клара поняла, что нежелание что-либо делать было у этой девушки врожденным, и она, должно быть, перескакивала с одного места работы на другое, особо не напрягаясь: в одном месте она была горничной, в других – посудомойкой. Она предположила, что именно этим девушка и привлекла донью Урсулу, потому что именно такую работницу та искала на должность: без чувства собственного достоинства, способную выполнять приказы, не задумываясь об их моральном содержании, такую, которая будет ей предана в обмен на зарплату и место, несоразмерное ее способностям.

– Так лучше я не умею, что вам еще нужно?

– Чтобы ты выполняла свою работу хорошо.

– Ну так лучше я не умею, – с вызовом повторила та. – Если вас не устраивает, можете поговорить с экономкой.

Клара цокнула языком, задаваясь вопросом, как Беатрис не понимает, что она лишь марионетка в руках доньи Урсулы. Очевидно, это было недоступно ее пониманию.

– Мы обе прекрасно знаем, что она тебя не уволит, но если ты думаешь, что твои рекомендательные письма от доньи Урсулы будут гораздо лучше тех, с которыми ты сюда пришла, то ты сильно ошибаешься. И от меня ничего не жди с таким отношением, – предупредила она Беатрис, стараясь говорить шепотом.