Онлайн книга «Кухарка из Кастамара»
|
Клара проверила остальные две кухни и успокоилась, увидев, что все готово. Потом она вернулась на основную кухню и продолжила готовить молодых кроликов в соусе, которых охотники господина принесли утром. Она поправила выбившиеся из-под чепчика волосы и почувствовала, что Росалия дергает ее за передник и просит поиграть с углями из печи. Бедняжка увидела эти красновато-желтые огоньки на черном фоне и подумала, что может потрогать их, но только обожгла подушечки пальцев. Из-за этой своей привычки она не раз получала пощечины от сеньоры Эскривы. Клара погладила ее по голове и сказала, что на следующий день выкроит немного времени, чтобы поиграть с ней в прятки, если та перестанет прикасаться к углям. Росалия обняла ее, радостно смеясь и пуская слюни. Клара оглянулась и увидела Элису вместе с лакеями, которые охраняли огромные супницы из голубого фарфора, изготовленные на королевской фабрике в голландском городе Делфт. – С тех пор как закончили подавать десерт, только и слышно, что «м-м-м» и «а-а-а-ах», – с хитрецой прошептала ей на ухо Элиса, чтобы никто не услышал. – Маркиз де Сото и правда неотразим. А что за манеры… Элиса уже в третий раз спускалась, чтобы сообщить, как проходит ужин, а заодно и рассказать про маркиза. Ей повезло в этот вечер служить под началом дона Эрбасио Гарсии, ответственного за пекарню и винные погреба, тучного мужчины, который по-медвежьи переваливался при ходьбе, но прекрасно разбирался в винах. Благодаря этому Элисе выпало убирать со стола тончайшие кружевные салфетки, от которых Кармен дель Кастильо, помощница Клары, была совершенно без ума. «А кто бы не был? – порой говорила себе Клара. – Прикасаться к ним – одно удовольствие». По всей видимости, они были изготовлены на фабрике тканей и красителей Бехара, и хозяин тех мест, герцог Хуан Мануэль, когда-то давно подарил их дону Диего и донье Альбе. Клара с облегчением вздохнула, узнав, что господин и его друзья остались довольны. Она подумала, что сейчас, когда дружеский ужин окончен, можно немного передохнуть. Они с Элисой направились в галерею, которая вела в кладовую. – Спасибо, что поделилась, – сказала она. Элиса прикрыла дверь и махнула рукой – мол, не стоит благодарности, – а сама в это время краем глаза наблюдала за Беатрис Ульоа, посудомойкой, которая тайком подошла к ним. Она молча показала Кларе на посудомойку. Дело в том, что всякий раз, когда они были вместе, рядом появлялась Беатрис. – Меня это абсолютно не волнует, – ответила Клара. – Если ей так хочется шпионить, пусть шпионит. Кроме болезни, ей нечего было скрывать. Подруга с негодующим видом взяла ее за руку и подтолкнула вперед по галерее, подальше от кухни. – Говорю тебе, что у ведьмы с Беатрис какие-то общие делишки, – возмутилась Элиса, – когда мы вместе, то у нее всегда ушки на макушке. И не удивляйся, если она докладывает той все, о чем мы разговариваем. А прикидывается тихоней… – Даже если так, не важно. Это проблема доньи Урсулы и сеньориты Ульоа, – ответила Клара. – Если слишком беспокоиться о таких вещах, то станет только хуже. Элиса вытерла пот маленьким кусочком ткани. – Ты слишком хорошо воспитана, – сказала она. Клара рассмеялась, и тут до них снова донеслись звуки из капеллы Кастамара, где исполняли некоторые произведения салонной музыки. В течение дня она узнала гавот[50]и гальярду[51]и даже аккорды популярных французских танцев, которые больше всего нравились монарху, например менуэта, паспье и контрданса, который только вошел в моду. Она вспомнила свое первое появление в обществе перед покойной королевой Марией Луизой Савойской на одном из балов, которые давал граф де Монтемар, близкий друг ее отца. |