Книга Отчет о незначительных потерях, страница 62 – Даша Завьялова

А ведь среди документов в папке Окамото Сатоми было уведомление о том, что вся корреспонденция для поселка Хокуторан остается на почте до востребования! Я сказала об этом – и поймала на себе странный взгляд Танабэ.

– А вы не помните, Эмико, с какой почты было это уведомление?

– Хорошо помню: почта совсем не была указана. Вообще это выглядело так, словно документ неофициальный, чуть ли не дружеская расписка, только на почтовой бумаге. Почему вы спрашиваете?

– Хокуторан относится к уезду Моккабэцу. Скорее всего, это наша почта. Та самая почта, на которой потерялось ваше четвертое письмо для начальника.

И снова, который раз за сегодняшний день, все складывалось в головокружительно четкую картину! Действительно, Чисако пришла на почту в Моккабэцу с моим письмом, растрезвонила, что это, мол, важное письмо от госпожи редактора из Киото, – и кто-то умышленно не отправил его. И, без сомнений, прочитал.

Я утешила себя тем, что потерялось то письмо, об отправке которого я пожалела. Ведь я написала, что нашла документы на тайском, а потом отдала их русскому. Что ж, даже если отчет прочитали преступники, его хотя бы не прочитал господин Иноуэ!

– Значит, на почте в Моккабэцу работает кто-то, кто заодно с полицейским Тораюки, шаманом Наритой и таиландцем Манхом, – сказала я врачу.

– Таиландец! – вдруг повторила госпожа Нэмура.

– Да. Вы встречали его?

– Я почти уверена. Кто-то похожий на таиландца приезжал один раз. Ссорился с человеком из префектуры.

– Вы не видели руки этого человека? Или руки водителя? Может быть, у кого-то из них не было фаланги? – спросила я.

– Не припоминаю.

– Жаль.

Я хотела спросить что-то еще, но открытие про почту в Моккабэцу сбило меня с толку, и я думала только о том, что мой отчет был в руках у преступника. Вспомнить бы, о чем я там еще писала…

На помощь мне пришел Танабэ:

– А вам ничего не говорит большой заказ на золотой лак?

Верно! Ведь вместе с почтовым уведомлением там был заказ на имя Киехары Тацуми.

Госпожа Нэмура ответила, что такой лак используется для инкрустаций. Значит, этот Киехара Тацуми занимался хозяйственными вопросами: например, заказом лака для вещей, которые забирал тот неизвестный из префектуры. Впрочем, это мог быть один и тот же человек – тот же Киехара Тацуми.

Я стала вспоминать, что еще за документы были в папке Окамото. Квитанция о продаже редкостей, распоряжение о строительстве, чья-то визитка… что же еще? Точно: счет на партию древесины! Волнуясь, я сказала об этом и спросила, не мог ли документ быть связан с вырубкой, из-за которой поссорились человек из префектуры и староста Минару.

И Нэмура, и Танабэ согласились со мной.

– Вы, конечно, не можете указать место, куда вас отвезли? – особенно ни на что не надеясь, спросила я.

– Нет, я не знаю. Наверное, куда-то ближе к югу. Побережье к северу я знаю хорошо. Но нас везли через горы, и там я перестала понимать, куда едем. Да мне особо и некогда было смотреть на дорогу. У меня на руках был новорожденный.

– А почему вы и госпожа Нивара вообще очутились отдельно от всех остальных? – спросил Танабэ. – И как именно?

В ответ женщина рассказала историю, которая заинтересовала бы этнографов.

– Я родила раньше, чем Мари. А роженицам нельзя не то что к снастям близко подходить, но даже смотреть на них. Поэтому женщин с младенцами у нас отселяют в отдельный дом. Пока первый зуб у ребенка не появится. И в новом месте меня тоже отселили. Правда, охранник сначала и слышать про это не хотел, да мы наотрез отказались работать. Даже под страхом смерти. Меня поселили в доме, который стоял далеко от воды. Охраннику и его сменщику пришлось ходить ко мне самим и носить еду. Через неделю родила и Мари, и ее поселили ко мне. Тогда человек из префектуры приехал и сказал, что одна из нас теперь может оставить детей на попечение второй и сбежать. Он велел избавиться от нас. Охранник, видимо, не знал, что делать, и привез нас в дом шамана. Тот был очень недоволен. Ругался, что ему создали проблему. Но вечером он напоил нас каким-то гадким отваром. Что было дальше – я плохо помню. Наверное, нас с Мари тогда и развезли по разным домам. Не знаю, что шаман говорил хозяевам о том, кто мы, но просил заботиться и сам приходил лечить нас. Хотя теперь-то я знаю, что на самом деле он нас травил.