Книга Отчет о незначительных потерях, страница 58 – Даша Завьялова

– Еще не был. Ну что ж, можно, как раз и уколы им сделаю. А вы дойдете?

Я уверила его, что чувствую себя отлично.

– Только, пожалуй, не нужно идти к ним всей компанией, давайте отправимся вдвоем. Пять человек в доме, где лежит больной, – это не очень хорошо.

По дороге я спросила Танабэ, как выглядит страстоцвет.

– Страстоцвет-то? Чудной такой цветок, багряный или фиолетовый с желтым, с лапками, как у паучьей лилии, только покороче… А я, знаете, сразу не задумался о том, откуда у Нариты такая трава: ведь она в Японии не растет. Значит, он выписывал ее откуда-нибудь с юга, прямо почтой.

– Травы он действительно выписывал. Но страстоцвет, может быть, ему привозил этот Манх. Ведь страстоцвет растет в Таиланде?

Танабэ подумал:

– Растет. Да, может и такое быть. Как все вдруг начало складываться…

– Господин Танабэ?

– Да?

– Там, в доме, вы сказали, что вы с господином Мацумото нашлиНариту. Я не стала переспрашивать при Чисако, но… что с ним?

Врач сделал долгую паузу.

– Тодзио хороший человек. Но горячий. И не любит, когда ему оказывают сопротивление, да еще и в его же городе. Об остальном спросите его самого. Я, собственно, по приходе в дом Нариты сразу занялся вами – и деталей не видел…

Нам повезло: у первой женщины – той, чьего сына я встретила утром после приезда, – мы застали кормилицу, Кояму Такако. Она держала на руках малыша, а его мать полулежала в подушках с закрытыми глазами. Я не поняла, спит ли она. Танабэ постучал по косяку, поздоровался с кормилицей и представил нас друг другу.

– Это Арисима Эмилия из Киото. Она работает в историческом журнале, приехала сюда, чтобы написать о народе каигату. К сожалению, позавчера ей пришлось пережить то же самое, что и госпоже Ниваре.

Нивара Мари, женщина в подушках, приоткрыла глаза. Черты лица у нее были выразительные; высокие скулы, раскосые глаза, темная кожа с бронзовым оттенком и красные обветренные щеки выдавали в ней какую-то чужую, не японскую, кровь.

Она перевела взгляд на нас с Танабэ.

– Здравствуйте, госпожа Нивара. Вы меня видите? – спросила я.

– Плохо.

– Вы как будто стараетесь смотреть на меня, но все время получается так, что вы смотрите мимо моего лица, да?

– Да, это так. – В ее голосе зазвучал интерес. Она приподнялась и посмотрела на меня, как смотрят люди, потерявшие зрение, проникая взглядом сквозь меня и стены за мной. – Сядьте рядом. Можно взять вас за руку?

Я опустилась на татами рядом с ней и вложила ее ладонь в свою.

– Я здесь. Не волнуйтесь, это пройдет. Вы уже знаете, от чего это с вами?

Женщина покачала головой.

– К вам сюда приходил шаман, Нарита Сабуро. Он говорил, что лечит вас, но на самом деле давал отвар, который и привел вас в такое состояние. Я тоже пила его, первый раз обманом, второй раз против воли. Не бойтесь, госпожа Нивара: сейчас врач Танабэ сделает вам укол, и сразу станет немного лучше, а через несколько дней к вам вернутся и бодрость, и зрение.

Кормилица Кояма сказала, что несколько раз заставала здесь Нариту, но никогда бы не подумала, что он приходит с такими скверными намерениями.

– Какой негодяй! Полиция уже ищет его?

Танабэ приготовил шприц и ответил:

– Он больше не придет.

– Я освобожу вашу руку от рукава, хорошо, госпожа Нивара? – спросила я. – Это укол лекарства, которое называется неостигмин. Врач Танабэ колол его мне несколько дней. Из-за этого отвар Нариты слабо подействовал на меня.