Книга Следуй за белой совой. Слушай своё сердце, страница 41 – Анастасия Ермакова

– Что вы делали в боксе? – спросил я, видя, что уже никто ничего больше не собирается скрывать. – И как получилось, что вы убили ее, но не помните этого?

– В боксе я закрывался от всех, чтобы не принести вреда людям во время перезапуска моего программного обеспечения, во время которого я не контролировал себя. Это… Это была какая-то незначительная ошибка института при разработке программы для… таких, как я. Экспериментальная серия.

– Элис только должна была увидеть, как ты… обращаешься в машину! Я не хотела ей зла! Но Элис как неморальная бросилась к тебе в бокс, стала трясти тебя и кричать. А ты… твоя программа расценила это как угрозу…

Гана закачала головой.

– Ты ткнул ее пальцем в грудь, и она сразу осела на пол, а ты отключился. Я вошла в бокс и вытащила Элис на улицу. Это было ужасно, но я должна была избавиться от тела, чтобы не мучить тебя. Я дотащила ее до люка и сбросила ее туда. Но я не хотела ее смерти, поверь мне!

– Однако перед тем как привести Элис сюда, вы приготовили себе алиби, показавшись на работе и даже взяв клиента, – возразил я.

– Он, как всегда, был обдолбанный! И я решила, что могу выкроить время, чтобы сводить Элис в бокс. Поверь мне, Грэм, все не должно было закончиться так!

Грэм пришел в ярость:

– Не верю! И если Элис я убил как машина, тебя я убью как человек! Отдавая себе в этом отчет.

С этими словами он кинулся на Гану.

Все это происходило в считанные секунды, а мой анализатор за ухом отчаянно щелкал, оповещая о самом высоком уровне критичности ситуации.

И тут я сделал то, что не могу объяснить себе до сих пор.

Вместо того чтобы обезвредить Грэма, пусть даже ценой его жизни, я поднес руку к датчику за ухоми отключил его.

Потом я быстро покинул комнату и в каком-то оцепенении застыл в темном пустом коридоре.

Темная гулкая тишина, будто чернилами, затопила здание. Я стоял, не понимая до конца, что только что позволил синтетику убить человека.

Через пару минут дверь бокса открылась. Оттуда, шатаясь, вышел Грэм.

– Убей меня… – тихо проговорил он. – Скажешь, что я оказал сопротивление при задержании…

Я оторопело посмотрел на него, он продолжал:

– Я всегда был трусом… я не смогу покончить с собой… А жить дальше… зачем? Сделай это, прошу тебя. Так будет лучше и безопаснее для всех, – он взял мою руку с зажатым в ней пистолетом и приставил к своей груди.

Пару мгновений я медлил. Потом чернила брызгами разлетелись в стороны, тишина вмиг рассыпалась вдребезги, и через несколько секунд снова обволокла меня с ног до головы.

Раздались звуки сирен полицейских автолётов.

Позже я выяснил, что первая партия синтетиков действительно была выпущена Институтом с браком. Незначительный сбой в программе привел к появлению целой партии обсинтов. Так мы назвали синтетических оборотней – бракованных синтетиков, в программе которых периодически происходили перезапуски и сбои.

Сейчас синтетики стали настолько совершенны, что в гуманизме дадут фору любому одушевлённому человеку… Да и кто знает, может, и у них есть душа, раз они способны на такое странное чувство, как любовь.

Рик выплеснул в горло последние капли со дна стакана и глянул на бармена.

– Вас могут привлечь за разжигание межвидовой розни и ненависти, мистер Хьюманс, – дружелюбно отозвался тот. – Ладно я – я, хоть и синтетик, давно привык к вашим экстремистским взглядам. А вот ваши бывшие коллеги не столь лояльны к подобным высказываниям.