Книга Следуй за белой совой. Слушай своё сердце, страница 40 – Анастасия Ермакова

Здесь царили свои законы, своя мораль, беспощадная, звериная мораль выживания любой ценой.

К полиции жители Бэкстона обращались крайне редко, и один Бог знает, сколько сотен грязных, темных, нераскрытых тайн покоится до сих пор в его глубинах.

Но я тогда был идеалистом, я решил докопаться до истины.

Для начала я заглянул в бордель, где работала Гана.

В «Золотой сливе» подтвердили, что Гана работала той ночью и что к ней приходилклиент.

Тогда я отправился в студию Стэнтона.

Подойдя к зданию, я сразу обратил внимание, что крышка сточного люка возле входа чуть сдвинута.

Я отодвинул крышку и посветил фонариком вниз. На меня пустыми глазницами глядело мертвое женское лицо. Я неохотно спустился вниз, и, осмотрев труп, который уже начали глодать крысы, я увидел небольшое ровное овальное отверстие в области сердца. Я достал из кармана сканерана́том и, осторожно очистив рану от частиц одежды, поднес его к отверстию. Анализ длился чуть дольше, чем обычно. Прибор перепроверял данные несколько раз. Наконец, приятный женский голос проговорил вслух:

– Убийство совершено указательным пальцем левой руки. Точность нанесения удара составляет 99, 99%, что является практически невозможным для человека. Специалистов такого уровня, способных пробить указательным пальцем грудную клетку и ударить в сердце, официально в стране не зарегистрировано. Такой расчет удара и сила, с которой он был нанесён, свидетельствуют о том, что жертва была убита обладателем…

– Искусственного интеллекта… Синтетиком? – договорил я.

– По всем расчетам именно так, – подытожил сканеранатом.

«Значит, их уже внедрили…» – пронеслось в голове.

Но зачем синтетику убивать человека? Разве в него может быть заложена такая программа? Власти и Институт заявляли о полном исключении возможности у синтетиков нанести вред людям.

Я завернул труп в специальную оптопленку и вызвал подкрепление.

Я не знал, какую опасность может представлять синтетик.

Затем я поднялся в студию Грэма и увидел, что в звукозаписывающем боксе кто-то есть.

Подойдя ближе, я увидел Грэма, который ругался с какой-то женщиной, в которой я узнал Гану. Она уговаривала его пойти домой, он же отвечал резко и экспрессивно.

Я вынул пистолет из кобуры и быстро вошел в бокс.

– Вы оба арестованы по подозрению в убийстве Элис Стэнтон.

Грэм вскрикнул и замотал головой.

– Он не виноват! – закричала Гана. – Он неспециально сделал это!

– Что?! – в свою очередь закричал Грэм. – О чем ты, Гана?

– Лучше вам объяснить, что здесь происходит, – сказал я, держа пистолет наготове. – Грэм, вы синтетик?

Грэм побледнел.

– Вам не понять! – снова встряла Гана. – Я люблю его! – Она оглянулась на Грэма. – Я люблю тебя, всегда любила, даже когда узнала твой секрет!

Тот ошарашенно посмотрел на нее.

– Значит,ты знала, что я… синтетик?

– Да! И мне это не помешало любить тебя, но ты выбрал Ганну, эту святошу. Когда она связалась с этой церковью, она стала холодной, словно неживой. Я навсегда запомнила, с каким презрением она говорила о внедрении в общество синтетиков. Называла их полуфабрикатом. И как больно тебе было это слышать! Если бы она увидела, кто ты на самом деле, она бросила бы тебя и мы были бы вместе… ну зачем, зачем ты написал это заявление? – в злом отчаянии причитала Гана.

– Так это ты привела ее сюда в ту ночь? Когда я пришел в себя в боксе… мой палец на левой руке был в крови… теперь я понимаю! Ты впустила Элис в бокс!