Книга Заколдованное кресло, страница 46 – Гастон Леру

Дама испустила легкий вскрик, прижав руку к пышной груди и, казалось, спрашивая самое себя, не готова ли она лишиться чувств. После чего стремительно скрылась в полумраке.

– Без сомнения, – сказал г-н Патар, – это госпожа Лалуэт. Что ж, она весьма недурна.

Почти тотчас же дама вернулась, ведя за собой симпатичного полноватого господина, брюшко которого обрамляла красивая толстенькая цепочка массивного золота.

Господин этот был покрыт мраморной бледностью. Он приблизился к посетителям трепеща, не в силах вымолвить ни слова.

Но г-н Патар был начеку и мгновенно привел его в чувство.

– Сударь, обратился он к нему, – это вы Гаспар Лалуэт, отмеченный Академией литератор, выставивший свою кандидатуру на кресло монсеньора д’Абвиля? Если это вы, сударь (тут г-н Лалуэт, не в силах преодолеть удушавшее его волнение, кивнул, подтверждая, что да, это он), если это вы, сударь, то позвольте господину директору, господину канцлеру, моим коллегам и мне, Ипполиту Патару, непременному секретарю Академии, горячо поздравить вас. Благодаря вам будет еще раз доказано всем и каждому, что во Франции всегда найдется храбрый и здравомыслящий человек, который собственным примером посрамит глупую толпу.

И г-н непременный секретарь торжественно и многозначительно пожал руку г-ну Лалуэту.

– Ну, ответь же, Гаспар! – воскликнула седовласая дама.

Г-н Гаспар Лалуэт посмотрел на свою жену, потом на господ академиков, потом опять на свою жену, потом на г-на Ипполита Патара, и увидел столько поощрения на добром и честном лице этого последнего, что почувствовал себя достаточно ободренным.

– Сударь, – наконец вымолвил он, – это слишком большая честь для меня… Позвольте представить вам мою законную супругу.

При этих словах – «мою законную супругу» – по устам г-на директора и г-на канцлера заскользили было рассеянные улыбки, но страшный взгляд г-на непременного секретаря оборвал их неуместное появление и напомнил обо всей серьезности момента.

Г-жа Лалуэт поклонилась в свою очередь.

– Эти господа наверняка хотят с тобой побеседовать. Вам будет лучше пройти в подсобное помещение. – И она повела их куда-то вглубь, за пределы лавки.

Это выражение – «подсобное помещение» – слегка покоробило даже г-на Ипполита Патара, но и он, и прочие академики были приятно удивлены, обнаружив, что попали в настоящий маленький музей, устроенный с отменным вкусом. На стенах и в витринах помещались, вызывая невольное восхищение, подлинные шедевры – картины, статуэтки, ювелирные изделия, кружева, золотое шитье – вещи самых высоких достоинств.

– О, сударыня! – воскликнул г-н Ипполит Патар, – и это вы называете «подсобным помещением»? Какая скромность! Да я более прелестного, утонченного и изысканного салона не встречал!

– Можно подумать, будто мы в Лувре! – поддакнул г-н директор.

– О, вы слишком добры к нам, – ответила г-жа Лалуэт, которую распирало от удовольствия.

Тут все наперебой стали превозносить великолепие подсобного помещения.

Г-н канцлер сказал:

– Вам, должно быть, очень жалко продавать все эти прекрасные вещи.

– Нужно же на что-то жить, – смиренно вздохнул г-н Лалуэт.

– Разумеется, – согласился г-н непременный секретарь. – Но я не знаю более благородного ремесла, чем нести в мир Красоту.

– Воистину так, – подтвердило Братство.