Книга Заколдованное кресло, страница 45 – Гастон Леру

К тому же, говоря откровенно, они просто спешили посмотреть на своего нового коллегу. Если вы думаете, что в обоих экипажах речь шла только о нем, то вы не ошиблись. В первом говорили: «Да кто же он такой, в конце концов, этот господин Лалуэт, литератор? Это имя что-то мне напоминает. Кажется, он что-то опубликовал совсем недавно. Во всяком случае, его фамилия мелькала в газетах».

А вот что говорили во втором:

«Вы обратили внимание, что он сопроводил свою подпись этим любопытным примечанием: отмеченный Академией? Весьма остроумный человек. Ясно дает понять, что он – уже один из нас».

Таким образом, они перебрасывались словами и даже шутили, как всегда бывает, когда жизнь прекрасна.

Один лишь г-н Ипполит Патар безмолвствовал, ибо его сокровенная радость была ему слишком дорога, чтобы тратить ее в напрасной болтовне.

Он вовсе не задавался вопросом: кто такой этот Гаспар Лалуэт и что опубликовал. Все это ему было глубоко безразлично. Г-н Лалуэт был г-н Лалуэт, то есть сороковой, и уже в силу этого он наделял его бесспорной гениальностью.

Таким порядком они и прибыли на улицу Лафит. Экипажи уехали. Г-н Ипполит Патар убедился, что они находятся как раз напротив дома 32-бис и, сопровождаемый коллегами, решительно в него вошел.

Это было то, что в газетных объявлениях именуется «прекрасные жилые помещения».

Привратница у дверей спросила господ, куда те направляются.

– К господину Лалуэту, с вашего позволения, – ответил за всех г-н непременный секретарь.

– А он, должно быть, в своей лавке, сударь.

Все шестеро переглянулись. «В своей лавке»? Г-н Лалуэт, литератор?.. Славная женщина, наверное, просто ошиблась. Г-н непременный секретарь решился уточнить:

– Мы хотели бы повидать господина Лалуэта, литератора. Отмеченного Академией.

– Так это он и есть, сударь. Я же говорю, он в лавке. Вход с улицы.

Все шестеро откланялись, весьма удивленные и изрядно разочарованные. Вновь оказавшись на улице, они, действительно, обнаружили антикварную лавку, над которой прочитали надпись: «Гаспар Лалуэт».

– Это наверняка здесь.

Они заглянули в витрины, стекла которых позволяли рассмотреть всевозможную старинную рухлядь и ветхие картины с уже неразличимыми красками.

– Похоже, что он и впрямь все это здесь продает, – сказал, поджав губы, г-н директор.

– Но это же невозможно! Этот господин написал на своей визитной карточке «литератор»!

Но г-н непременный секретарь ответил на это весьма надменно:

– Господа, попрошу не капризничать.

И смело распахнул дверь лавки. Остальные последовали за ним неохотно, но перечить не осмелились, так как г-н непременный секретарь обжег их испепеляющим взором.

Из полумрака к ним приблизилась некая дама, чью шею обвивала красивая толстенькая цепочка массивного золота.

Когда-то, в определенном возрасте, она была, видимо, очень хороша собой. Да и сейчас еще восхитительные седые волосы придавали ей весьма величественный вид. Она спросила господ, что им угодно. Г-н непременный секретарь отвесил глубокий поклон и ответствовал, что им угодно видеть г-на Лалуэта, литератора, отмеченного Академией. После чего г-н непременный секретарь вдруг скомандовал, словно какой-нибудь капрал на учениях:

– Доложите: из Академии!

И бросил на своих людей свирепый взгляд, выдающий непреклонное намерение немедля сдать их всех в полицейский участок, если с этой стороны будет допущен хоть один неверный шаг.