Книга Развод по собственному желанию, страница 28 – Нелли Наивина

— Ну ты же понимаешь, мужчины иногда…

— Галя, — Марина сделала паузу, взяла листок и начала машинально писать список, лишь бы руки чем-то занять. — Если ты звонишь как посредник от Стаса, то так и скажи. А если как подруга — то подруга бы спросила, как я себя чувствую, а не как чувствует себя Стас.

На другом конце возникла тишина, полная неловкости.

— Ладно, — сказала Галя чуть менее сладко. — Я просто передала.

— Спасибо, что передала. Теперь можешь передать назад: пусть Стас пишет адвокату, а не общим знакомым. Это называется «прямой канал связи», а не «сарафанное радио».

Она отключилась и посмотрела на список, который непроизвольно начала писать. Заголовок гласил: «Люди, которые звонят от имени Стаса». Пункт первый: Галя. Марина хмыкнула и добавила пункт второй: «Мама Стаса (вопрос времени)».

Мама Стаса позвонила вечером. Как по расписанию.

— Мариночка, — голос Зинаиды Петровны был бархатным, как всегда, когда она собиралась выдать что-то ядовитое под видом заботы. — Ты же знаешь, я тебя всегда любила, как родную.

— Зинаида Петровна, здравствуйте. Как ваше здоровье?

— Ой, не важно моё здоровье, важно, что вы творите со Стасиком.

Марина мысленно поставила галочку — да, именно «со Стасиком», будто это она, а не он, устроила фейерверк в общем облачном хранилище фотографий.

— Что именно я творю?

— Ты не даёшь ему видеться с котом!

Марина моргнула. Пауза длилась достаточно долго, чтобы Зинаида Петровна успела набрать воздуха для новой атаки.

— Зинаида Петровна, кот живёт со мной, потому что я его кормлю, вычёсываю и вожу к ветеринару. Стас последний раз брал его на руки, чтобы сфотографировать для сторис, где подписал «мой лучший друг», хотя весь фон в кадре — это моя квартира.

— Но кот его любит!

— Кот любит консервы. Он бы и вас полюбил, если бы вы носили пакет с кормом.

— Ты жестокая женщина, — вздохнула свекровь с оттенком трагизма, который тянул на минимум на «Оскар» за лучшую поддерживающую роль обиженной родственницы.

— Возможно. Но я хотя бы честная жестокая женщина, а не та, что переписывается с чужими котами в мессенджере под видом рабочих вопросов.

Зинаида Петровна ахнула так, будто Марина раскрыла государственную тайну, и повесила трубку с достоинством человека, у которого закончились аргументы, но не осталось обиды.

Марина отложила телефон и уставилась на список «Люди, звонящие от имени Стаса», который уже успел вырасти до пяти пунктов, включая соседку с первого этажа и коллегу из отдела логистики, с которым Стас, кажется, никогда даже не разговаривал по-человечески, но который вдруг воспылал желанием «помочь примириться».

Она достала блокнот — тот самый, где раньше вела список из двадцати пунктов мести — и добавила новый раздел: «Стратегия против давления через окружение».

Пункт один: не отвечать на звонки с незнакомых номеров после восьми вечера.

Пункт два: все обращения переадресовывать адвокату с формулировкой «по существу вопроса».

Пункт три: перестать поднимать трубку матери Стаса, если тема разговора не «здоровье», а «Стасик».

Она посмотрела на список с гордостью бухгалтера, свернувшего дебет с кредитом в идеальный ноль, и уже собиралась закрыть блокнот, когда телефон снова завибрировал.

Сообщение от Стаса.

«Марина, если ты не отвечаешь мне, я приеду к тебе сам. Нам надо поговорить лицом к лицу».