Книга Рождество на ферме «Остролист», страница 78 – Джо Томас

Я запрокидываю голову назад.

— Знаю. Просто хотелось бы, чтобы все было иначе.

— Прости. Я обещал не поднимать этот вопрос. Я постараюсь добиться наилучших условий сделки. Но вам двоим нужно решить до конца месяца. Мне звонили из офиса и напоминали, что у тебя есть время до конца декабря, чтобы подписать контракт.

Я оглядываю кухню, такую уютную. Если бы только был другой способ зарабатывать на жизнь. Чтобы ферма приносила достойную прибыль. Кое-что мы получаем от продаж – Мэй настояла на том, чтобы делить всю прибыль на равные части – но этого недостаточно, чтобы спастись от солнечных батарей. Увы.

Я киваю.

— Да, я все понимаю. Так надо.

* * *

Приехав на скотный рынок, мы паркуемся там же, где и вчера. Мэй уже ждет нас. Она приготовила вдвое больше картошки, чем обычно.

— Боре да, – говорит она по-валлийски, – доброе утро!

В ее ушах поблескивают яркие рождественские сережки.

— Доброе утро, Мэй!

Я стараюсь быть веселой и бодрой, но в голове крутятся мысли о Лью и солнечных батареях. Я выбираюсь из кабины, Лью – вслед за мной. Он берет у меня поднос с пастушьим пирогом, наши пальцы едва соприкасаются, и я вновь чувствую разряд электричества.

— Что я тут делаю, Лью? Зачем я здесь, в грузовике для скота? Чтобы торговать кусками пастушьего пирога? Я просто оттягиваю момент, стараюсь не думать о неизбежном, прячу голову в кастрюлю с каулом, чтобы не смотреть правде в глаза. Может быть… – я делаю глубокий вдох, – надо поговорить с папой и просто подписать документы. Согласиться на солнечные батареи. Покончить с этим раз и навсегда. Все равно наша торговля не принесет достаточно денег, чтобы нам помочь.

— Нет, но ты же хочешь, чтобы люди понимали, откуда берется еда. Не с американских мега-ферм. Ты борешься за то, что важно. Фермеры должны иметь возможность зарабатывать на жизнь тем, что они производят.

Наши взгляды встречаются.

— Или, может быть, мне стоит забыть о своих желаниях, объяснить начальству, что это было минутное помешательство, и молить, чтобы они пересмотрели свое решение и взяли меня обратно на какую-нибудь должность? По крайней мере, я могла бы помочь папе деньгами, чтобы он подольше пожил на ферме.

— Ты точно хочешь именно этого? Просто выиграть время? Или ты пытаешься что-то изменить? Побороться за то, во что веришь?

Я неуверенно киваю.

— Ты уже повлияла на меня. Заставила усомниться в том, что я делаю. Зачем я скупаю землю под солнечные панели или под застройку? Ты научила меня тому, что заниматься нужно не этим. Мы должны думать о том, как фермеры могут зарабатывать на жизнь. Показывать людям, откуда берется еда, как готовить, как питаться лучше.

— Но когда? После Рождества, в новом году? Когда все вернется на круги своя? Когда откроется новая кофейня?

Он качает головой.

— Я не знаю. Я правда не знаю.

— Я тоже, – говорю я, но я счастлива, что он рядом, и не хочу, чтобы это заканчивалось. Я знаю, что это должно закончиться. Как только его машина будет готова, он вернется туда, где его дом. И единственным воспоминанием об этих временах останутся солнечные панели. Если бы я только могла объяснить ему, что чувствую. Но это глупо – ведь я только-только оставила в прошлом Мэтью.