Книга Рождество на ферме «Остролист», страница 80 – Джо Томас

— Согласна, – кивает женщина.

— Вы согласны? – Я в замешательстве. – Я думала, вы хотите потребовать, чтобы я удалила свои посты. Или убедить меня вернуться… Вы журналист?

Она качает головой.

— Я ничего не знаю о вашей компании. И вообще обо всей этой истории. И я, конечно, не журналист. – Она молчит, словно собираясь с мыслями. – Я просто хочу сказать вам, чтобы вы продолжали делать то, что делаете. Меня зовут Джанет. Я слежу за вами в социальных сетях. – Она делает глубокий вдох. – Мой сын тоже. Он работает на ферме. Ему пришлось… тяжело. Это был… трудный год для всех нас. Но ваши посты, рассказывающие о повседневной жизни на ферме, о том, как… приходится адаптироваться, учиться, искать свой путь и дающие другим фермерам понять, что они не одиноки, помогли… ему. Вы создали сообщество, сообщество поддержки. Я просто хотела сказать вам спасибо. Вы помогли ему понять, что он не один. – В ее глазах слезы. Я смотрю на нее, не в силах вымолвить ни слова. Она тихо всхлипывает, стараясь взять себя в руки.

— Ох. – Я не знаю, что еще сказать, поэтому выхожу из-за стола и обнимаю женщину. – С ним все в порядке?.

Она кивает и шмыгает носом, и Эви протягивает ей салфетку.

— Но ему нужна помощь, кто-нибудь, кому он сможет рассказать о своих мрачных мыслях.

— Я могу порекомендовать несколько специалистов. – Эви обнимает женщину, кладет руку ей на спину. Она вытирает слезы.

— Это было бы очень мило. Спасибо.

Я думаю, мы сделали что-то хорошее. И внезапно вся наша работа кажется стоящей.

— Еще раз спасибо за все, что вы делаете.

Я вновь крепко обнимаю ее и желаю ей всего наилучшего.

— Нам нужно держаться рядом. Вместе мы сильнее.

— Да, – отвечает она. – То, что вы делаете, очень ценно.

— Похоже, завтра мы снова сюда вернемся, – говорю я Мэй.

— Вернемся! – улыбается Мэй, и я смотрю на Лью. Он поднимает глаза от телефона и глубоко вздыхает.

— Пришло сообщение насчет машины. Она готова. И меня ищут.

Ровно в этот момент его машина въезжает на скотный рынок. Шрамов от аварии как не бывало. И всего, что мы пережили вместе, видимо, тоже.

Я не могу оставить женщину, которой дали столько сил мои посты. Я украдкой смотрю на Лью, не в силах объяснить ему того, что чувствую. Мне так хочется, чтобы он остался. Но имею ли я право его просить?

Интересно, что сейчас чувствует он? Этого я никогда не узнаю. Я машу ему рукой и желаю всего хорошего. Он машет в ответ, неловко поворачивается и уходит.

— Счастливого Рождества! – кричу я ему вслед совершенно искренне.

Как бы мне хотелось, чтобы он провел Рождество здесь, со мной.

В следующие несколько недель ветер усиливается, пробирает до костей. Становится все холоднее и холоднее. Природа будто наказывает меня за то, что я возомнила, будто смогу выдержать все происходящее. По утрам, когда я перегоняю, кормлю и пересчитываю овец, я дрожу от холода. Потом мы с папой едем на скотный рынок. С каждым днем мое настроение становится все мрачнее, но каждый день мы паркуем грузовик и включаем гирлянды.

Мое настроение не улучшают и новости от Мэтью, который сообщает, что ему предложили работу в Сиэтле – мою работу. Должность регионального управляющего. Это шаг вперед, он будет курировать этот отель и другие, которые компания намерена приобрести. Он выражает надежду, что я не против. Он плавно вписывается в то место, которое оставила я – след в грязи, наполненный водой. Оказалось, что ему гораздо важнее было занять эту позицию. Ему не нужна была я, настоящая я – только потенциал, который я могла ему дать, только идеальная жизнь, о которой он мечтал. Что ж, он достиг своей цели, и я помогла ему, как сумела.