Книга Рождество на ферме «Остролист», страница 4 – Джо Томас

На кухне холодно. Странно: обычно тут тепло даже с открытой дверью, потому что плита включена. Но не сегодня. Нас не встречают обедом. Не готовится каул, который папа обычно варит на несколько дней. Не жарятся тосты с яйцами наших кур. Я хмурюсь. Проходя мимо плиты, дотрагиваюсь до нее. Ледяная.

Фиона бегает из кухни в гостиную и лает, как будто хочет сказать папе, что я здесь… или… – от этой мысли мне становится еще холоднее – сказать мне, что папа там.

— Папа? – Я врываюсь в гостиную. Он сидит в своем любимом кресле. Огонь в камине погас. Он смотрит на меня, его глаза широко раскрыты и полны растерянности.

— Мнтутшттнехршо…

Я испуганно гляжу на него. Неужели пьяный? Нет. Не пьяный, но с ним определенно что-то не в порядке.

— Все хорошо, пап. Я здесь. Все будет хорошо.

Собаки наконец умолкают. Я иду к столу, на котором лежат письма и стоит стационарный телефон – да, у папы по-прежнему стационарный телефон, потому что мобильная связь тут ужасная.

— Джем! – зовет Мэтью, когда я набираю 999.

— Я тут! – кричу я в ответ. – Папе нехорошо. Похоже, у него инсульт, – и, повернувшись к отцу, вновь говорю: – Все будет хорошо. Я здесь… Алло? Скорая помощь? – Я кладу руку на его ладонь, чувствую, какая она холодная. – Они уже едут, пап.

Нужно одеяло. Нужно согреть его. Как мы согреваем новорожденных ягнят.

Я бегу на кухню, хватаюсь за защелку, отпираю внутреннюю деревянную дверь и поднимаюсь наверх за одеялами. В моей спальне все осталось таким же, как было – с самого детства. Но папа постелил свежее постельное белье и положил чистые полотенца, явно готовясь к нашему приезду. Я сбрасываю полотенца, сдергиваю с кровати одеяло и бегу вниз, уткнувшись носом в его складки и вдыхая аромат домашнего уюта.

— Вот ты где, – говорю я.

Мэтью стоит в дверном проеме, в одной руке держа свой чемодан, в другой – пакет с вином и луком. Дождь капает с его коротко и аккуратно подстриженных волос.

— Ты слышал, как я тебя звала?

— Нет, извини, я был в машине, ждал, пока дождь перестанет. А он так и не перестал. Боже, как там мокро! Ты меня звала? А что ты хотела?

Я делаю глубокий вдох.

— Папа…

— Ой, да? И где же он? Жду с нетерпением, когда мы познакомимся. – Он смотрит по сторонам, потом опускает взгляд и рассматривает подошву своих элегантных туфель. Уголки его рта опускаются. – Похоже, я наступил на что-то… неприятное.

Туфли Мэтью – последнее, о чем я сейчас думаю.

— Сепсис, – объясняет врач. – Хорошо, что вы привезли его вовремя. Если бы он дольше оставался без присмотра, все было бы намного серьезнее. А так нам повезло.

Я в шоке, и мысли о том, что могло бы произойти, мечутся в моей голове, обгоняют друг друга, как на американских горках. Что, если бы я не приехала вовремя? Что, если бы я не приехала в эти выходные? Что, если бы никто его не нашел?

— Поправится он не скоро. Уйдет много времени, прежде чем его силы восстановятся. У него может быть плохой аппетит, но вы должны следить, чтобы он ел.

Я киваю.

— Пару дней он побудет в больнице – мы посмотрим, как пойдут дела. Как только ему станет лучше, отправим его домой.

— Слышишь, папа? – Я сжимаю его руку. – Ты скоро будешь дома. Снова на ферме.

Он открывает глаза и устало кивает.

— Только один вопрос: как он подхватил сепсис? И может ли это случиться снова?