Книга Мировая история риса. Белые деньги. Социально-политическое путешествие по рисовым полям, страница 64 – Франческа Грациоли

В этой якобы враждебной природной среде – среди комаров, солоноватых приливов и труднообрабатываемой глины – рис процветал, становясь не только источником питания, но и неотъемлемой частью ритуалов и культурной идентичности как местных жителей, так и жителей других частей света.

В этой системе четко распределялись роли, основанные на гендерных различиях. Мужчины занимались подготовкой полей: лопатами разрыхляли плотные комки земли и вспахивали глину. В то время как женщины, обладая глубокими знаниями о семенах, выбирали подходящие сорта, пересаживали рассаду быстро и точно, а также занимались прополкой и сбором урожая.

Каждая женщина могла рассматривать часть урожая как свою личную собственность. Она могла продавать его на местных рынках или обменивать на ценные товары (например, на стеклянные бусины). Эта децентрализованная и кооперативная система, тесно связанная с окружающей средой, была результатом многовековых наблюдений и инноваций.

Когда в XVI веке началась атлантическая работорговля, в результате которой обезлюдели прибрежные общины, эти знания отправились в путь вместе с закованными в цепи людьми. Особенно уязвимыми были фермеры, выращивающие рис вдоль побережья. Забота о полях делала их оседлыми: они находились недалеко от европейских морских путей и, следовательно, легко попадали в руки работорговцев.

На плантациях Южной Каролины и Джорджии процветание белых землевладельцев и международное признание сорта Carolina Gold были основаны на ценном опыте в области сельского хозяйства африканских народов, которых насильственно увезли из родных мест.

Однако, несмотря на это знание, не все рабы были равны в глазах торговцев. В портах «рисового побережья» наиболее ценными считались не самые сильные и выносливые, а те, кто хранил в памяти и применял на практике точные сельскохозяйственные знания. Эти знания включали в себя умение распознавать движения приливов, строить дамбы для удержания соленой воды и пересаживать рисовые ростки на затопленной почве, не повреждая их.

Именно они чаще всего попадали в трюмы кораблей, направлявшихся в Южную Каролину и Джорджию. В этих краях их мастерство высоко ценилось, и за женщин получали более высокую оплату по сравнению с другими рабовладельческими рынками.

В экономике, основанной на рисоводстве, их труд был столь же, а порой даже более важен, чем труд мужчин. Согласно историческим документам, более 40 % рабов в Каролине происходили из регионов Западной Африки, известных своими рисовыми полями^[130].

После высадки эти специалисты по рисоводству сразу приступали к работе. Они не только трудились в полях, но и создавали всю производственную среду. Они превращали болота в плодородные земли, прокладывали и ремонтировали километры каналов, возводили дамбы и укрепляли берега, а также с точностью до миллиметра регулировали потоки воды.

Однако их знания не ограничивались лишь выращиванием риса. Они также обладали навыками сбора урожая, молотьбы, очистки и шлифовки зерен, используя для этого ступку и кузнечный молоток. При этом они стремились избежать повреждения зерен, что было очень важно для их качества.

Этот процесс, который в Африке символизировал начало дня и определял ритм жизни общины, в Новом Свете утратил свой культурный смысл и превратился в изнурительную работу, выполняемую до изнеможения ради международного рынка. В результате появилась одна из самых прибыльных сельскохозяйственных систем Америки и одна из самых жестоких форм эксплуатации.