Книга Паровая кровь, страница 51 – Джек из тени, Марк Блейн

Я медленно опустил взгляд на свои руки. Чёрные от въевшейся металлической пыли, с мозолями от молота и мелкими шрамами от ожогов. Руки, которые привыкли решать проблемы, а не распутывать клубки дворцовых интриг.

— Такие вопросы не решаются у наковальни, Торгар, — произнёс я ровно, мой голос прозвучал в тишине цеха неестественно громко. — Я вассал герцога Ульриха фон Вальдемара. Это решение затрагивает не только меня и ваш клан, но и всё герцогство. Я должен доложить ему.

Торгар медленно кивнул, его гранитное лицо не выразило ни одобрения, ни разочарования. Он ожидал этого.

— Мы будем ждать, — пророкотал он. — Но недолго, человек. Гора не любит ждать.

* * *

Я развернулся и пошёл прочь, не оглядываясь. Каждый шаг по гулким коридорам дворца, ведущим к тронному залу, отдавался в моей голове стуком молота, выковывающего мою новую клетку. Я шёл мимо гобеленов с изображением героических битв, мимо портретов предков Вальдемара, и чувствовал себя чужеродным механизмом в этом древнем, отлаженном мире традиций и крови. Они хотели сделать меня своей деталью, своим винтиком. Гномы через брак и клановые узы. Герцог через титул и долг. И я понимал, что у меня нет выбора, кроме как позволить им это. Потому что только будучи частью этой машины, я мог ею управлять.

Герцог Ульрих принял меня немедленно, в малом тронном зале. Он сидел один, без свиты и советников, и от этого его фигура на огромном, вырезанном из камня троне казалась ещё более монументальной и одинокой. Старый волк в своём логове.

Я не стал ходить вокруг да около, выложил всё как на духу. Без эмоций, без жалоб, как инженер, докладывающий о возникшей производственной проблеме с серьёзными политическими последствиями. Ультиматум гномов. Их требования. Цена их лояльности и цена разрыва с ними.

Он слушал молча, не перебивая. Его лицо было непроницаемо, лишь пальцы, медленно и ритмично постукивающие по каменному подлокотнику трона, выдавали напряжённую работу мысли. Он не смотрел на меня. Его взгляд был устремлён куда-то вдаль, словно он видел на невидимой карте, как смещаются фигуры, как меняется баланс сил.

Когда я закончил, он ещё с минуту молчал. Стук его пальцев был единственным звуком в огромном, гулком зале.

— Они умны, — наконец произнёс он, и его голос был тихим и бесцветным, как шелест осенних листьев. — Умны и предсказуемы, как смена времён года. Они почувствовали, что ты становишься силой, и поспешили надеть на эту силу свой ошейник.

Он перевёл взгляд на меня. В его глазах не было ни сочувствия, ни удивления. Только холодный, деловой расчёт.

— Ты спрашиваешь моего разрешения? Моего совета?

— Я докладываю вам о ситуации, ваша светлость, — поправил я. — И о вариантах её решения.

Он усмехнулся, но это была усмешка хирурга над удачно проведённой ампутацией.

— Вариант здесь только один, барон. И ты его прекрасно знаешь. Я даю своё согласие на этот брак.

Его слова прозвучали не как разрешение, а как приговор. Тихий, окончательный и не подлежащий обжалованию.

— Для меня это идеальный ход, — продолжил он, видя, что я не спешу радоваться. — Гномы получают то, что хотят, и их верность теперь будет привязана не только к контрактам, но и к родственным узам. Они остаются в союзе, наше производство растёт. А ты… — он сделал паузу, взвешивая меня взглядом. — А ты оказываешься привязан к герцогству ещё крепче. Двойные брачные узы. С одной стороны, моя дочь и будущее человеческих земель. С другой клан Железного Молота и мощь гор. Ты становишься слишком ценным активом, барон, чтобы оставлять тебя без присмотра.