Книга Паровая кровь, страница 12 – Джек из тени, Марк Блейн

— Проводи барона. Покажи ему его… наследство.

Меня не повели в гостевые покои или оружейную. Меня повели прочь из сердца дворца, по тем же гулким коридорам, но в обратную сторону. Моим провожатым стал не гвардеец, а сухой, как осенний лист, старик в тёмной ливрее управляющего дворца. Он не произнёс ни слова, лишь семенил впереди, и стук его костяного посоха по мраморным плитам был единственным звуком, нарушавшим тишину. Мы миновали залы с гобеленами, прошли через анфилады комнат, где в нишах стояли статуи предков Вальдемаров, и с каждым шагом я чувствовал, как мы покидаем зону порядка и власти, спускаясь в артерии города.

Мрамор сменился грубым камнем, а ковры утоптанной грязью. Воздух, до этого пахнувший воском и старым деревом, наполнился запахом сырости, угля и чего-то кислого, металлического. Мы вышли из дворца через боковые ворота и оказались в промышленном районе Вольфенбурга, который, казалось, был болен той же болезнью, что и земли за стенами. Чахоткой забвения.

Здесь не было аристократических особняков и чистых мостовых. Лишь почерневшие от копоти кирпичные здания, глядящие на мир пустыми, выбитыми окнами. Улицы были завалены ржавеющим мусором, а между трещинами в брусчатке пробивалась чахлая трава. Это был скелет былой мощи, обглоданный временем и войной.

Наконец, управляющий остановился перед огромными, запертыми на висячий замок воротами в высокой кирпичной стене. За ней виднелись крыши колоссальных зданий, похожих на соборы, посвящённые какому-то забытому богу промышленности.

— Ваше владение, барон, — проскрипел старик, доставая из-за пазухи огромное, тяжёлое кольцо с десятком ржавых ключей. Звук, с которым он вставил самый большой ключ в замок и повернул его, был похож на стон умирающего.

Ворота со скрежетом отворились, и я шагнул внутрь. И остановился, поражённый.

Это был не просто старый завод, это был мёртвый город. Целый квартал, отданный во власть ржавчины и запустения. Передо мной раскинулась площадь, заросшая бурьяном, из которого, словно кости доисторических чудовищ, торчали останки каких-то механизмов. Вокруг площади стояли гигантские цеха. Стены из тёмно-красного кирпича были увиты плющом и покрыты трещинами, а крыши провалились в нескольких местах, открывая взгляду серое, безразличное небо. Ветер гулял в разбитых окнах, и этот вой был единственным звуком, нарушавшим гробовую тишину.

— Королевские оружейные мануфактуры, — бесцветным голосом начал перечислять управляющий, словно зачитывая инвентарную опись. — Основаны королём Альбрехтом Мудрым сто пятьдесят лет назад. Слева литейный цех. Прямо кузнечный, справа сборочные мастерские. Всё в вашем распоряжении. Герцог даровал вам полный карт-бланш.

Полный карт-бланш. Я смотрел на это кладбище механизмов, и эта фраза звучала как злая насмешка. Я подошёл к ближайшему строению. Двери сорвало с петель, и я заглянул внутрь. Это действительно был, судя по всему, литейный цех. В центре зала стояла доменная печь, огромная, похожая на идола, но холодная и покрытая толстым слоем ржавчины. Вокруг валялись изложницы, ковши, какие-то заготовки, всё тронутое оспой коррозии. С потолка свисали цепи подъёмников, раскачиваясь на ветру, как висельники. Пахло сырой землёй, металлической пылью и голубиным помётом.