Книга Пенрик и Дездемона. Книга 3, страница 265 – Лоис МакМастер Буджолд

Просвещенной Сиоанн, дом Ордена Бастарда, Вилнок, да охранят нас пятеро богов.

Море вынесло на берег девочку, которую нашли женщины, ловившие крабов. Мы думаем, она одержима. Она не говорит на седонийском, только на рокнарийском, которым здесь никто не владеет, с примесью чего-то, что я не могу опознать. Мы пытались ухаживать за ней, но она была очень расстроена, и вокруг нее загорались вещи. Для безопасности мы посадили ее в колодец, и пожары прекратились, но она все время плачет и кричит, и это очень мучает всех нас. Пожалуйста, как можно скорее пришлите храмового медиума из вашего Ордена, чтобы тот справился с диким демоном, который, как мы полагаем, в нее вселился.

Служитель Доноу из Ордена Дочери, недавно приписанный к Зербо.

Пен моргнул.

— Сколько в этом колодце воды?

— О. Он сухой, сэр, – ответил Чиксид. И мгновение спустя добавил: – Почти.

Пен перестал воображать несчастную девушку, которая барахтается в колодце, чтобы не утонуть. Однако, в отличие от всех прочих пут, достаточно глубокий колодец действительно мог удержать чародея вне зависимости от того, вознесся его демон или нет. Что-то вроде импровизированной бутылочной темницы. При условии, что одержимому или владеющему демоном человеку не хватит сил или упоров, чтобы вскарабкаться по стенам. Весьма умно со стороны местного служителя додуматься до этого, когда вокруг полыхает пожар.

— Что сгорело?

— Много предметов вокруг нее, но в основном мелких – мы быстро все потушили. Однако лодка моего отца сгорела до ватерлинии, и мы лишились сушившихся на берегу сетей, пока сообразили, что происходит.

Он нахмурился при воспоминании о пропавшей работе.

В этот момент в дверях появилась супруга Пенрика Никис, и приветствия пришлось повторить. Пен попросил ее остаться. Последовала некоторая суета, пока молодой рыбак уступал стул хозяйке дома, чтобы самому вскарабкаться на табурет и начать встревоженно раскачиваться. Он украдкой покосился сперва на Никис, пышную сорокалетнюю матрону с седонийской медной кожей и черными кудрями, аккуратно забранными наверх, потом на Пена с его иноземным юным обличьем. Мы одного возраста, парень. Похоже, теперь это придется объяснять незнакомцам, чего Пен предпочел бы не делать.

Пен передал Никис письмо.

— О боги, – сказала она, пробежав глазами текст. – Бедная девочка. Разумеется, ты должен ехать немедленно.

— Вы сможете воспользоваться храмовыми лошадьми, – добавила Сиоанн.

— Но мне нужно отвести домой лодку, – неловко возразил рыбак. – Быть может, я захвачу вас?

Очевидно, он слышал о несчастливом влиянии чародеев на корабли.

— А, утром вы приплыли вдоль берега. В этом есть смысл, – сказал Пен.

Скорее всего, это было так же быстро, как приехать на лошади по дороге.

Никис, хмурясь, продолжала смотреть на письмо.

— Сколько лет этой девочке? И как ее зовут.

— Мы не знаем ее имени. Я хочу сказать, когда я отплыл на рассвете, никто его не знал. Насчет возраста не уверен. Младше моего младшего брата. Шесть? Восемь?

Образ цветущей молодой женщины в голове Пена сменился Риной. Ох. Слезы Бастарда.

Знаешь, сказала Дез, вознесся он или нет, если она носит юного демона или элементаля – а скорее всего, так и есть, – первым делом при виде меня он впадет в панику. И это вдобавок к потрясению, которое испытывает девочка.