Книга Император песчаных карьеров. Том 3, страница 88 – Антон Панарин, Влад Фомин

Рагнар стоял рядом со мной, сжимая абордажный нож. Лицо капитана было перекошено.

— Нужно помочь парню, — бросил он.

— Он не примет помощи, — ответил я. — Это его бой.

— Его похороны, если мы не вмешаемся.

Я промолчал, потому что Рагнар был прав. Но вмешиваться означало нарушить негласный договор поединка, и двадцать паладинов за спиной Константина только ждали повода, чтобы броситься на нас с мечами.

Константин ударил левой рукой. Не мечом — кулаком, покрытым золотыми рунами, которые вспыхнули ослепительным сиянием при контакте. Удар пришёлся Гелиосу в грудь, и паладина отбросило назад на три метра, как будто в него врезался грузовик. Гелиос рухнул на спину, и серый песок взлетел облачком вокруг его тела.

Паладин закашлялся, выплёвывая кровь. Попытался подняться, опираясь на меч, но руки разъехались, и он снова рухнул на песок. Повязки на боку промокли насквозь, и неопрятно размотались, кровь расползалась по серому песку тёмным пятном.

Константин подошёл и посмотрел на бывшего ученика сверху вниз.

— Жаль, — произнёс он негромко. — Я надеялся, что ты протянешь дольше.

И тогда Великий Магистр сделал то, чего Гелиос не ожидал. Чего никто не ожидал.

Константин вытянул левую руку вперёд, ладонью вверх. Золотые руны на коже погасли, как задутые свечи. На мгновение показалось, что рука стала обычной, старческой, со вздувшимися венами и печёночными пятнами. А потом по коже побежали чёрные линии. Не руны, не татуировки. Едва заметные живые, извивающиеся чёрные змейки, которые расползались от запястья к локтю, пульсируя в такт сердцебиению. Воздух вокруг руки Константина задрожал, исказился, и запахло серой.

Точно так же, как при использовании демонической магии. Но ведь этого не могло быть…

— Нет, — прошептал Гелиос, глядя на руку своего учителя расширенными глазами. — Нет-нет-нет…

Из ладони Константина вырвалось чёрное пламя. Не огонь, не магия стихий. Нечто из бездны, густое и маслянистое, полыхнувшее багровым светом по краям. Чёрный огонь хлестнул по песку, и там, где он коснулся поверхности, серые песчинки расплавились, превратившись в лаковую стеклянную корку.

Гелиос откатился в сторону за мгновение до того, как пламя ударило в то место, где он лежал. Жар опалил лицо, и брови паладина задымились. Он вскочил на ноги, чудом удержав равновесие на раненой ноге, и поднял меч.

— Вы демонолог, — произнёс Гелиос, и голос его звучал глухо, как из-за толстой стены. — Вы, Великий Магистр Ордена, истребляющего поганое тёмное колдовство и всех богомерзких тварей. Вы сами — одна из них. Одна из тех тварей, которых вы учили меня убивать.

— Я не «одна из них», — Константин шевельнул ладонью, и чёрное пламя обвило его руку, как перчатка. — Я их хозяин. Есть разница.

Из чёрного пламени на ладони материализовалась, а затем и соскользнула, опустившись на песок, фигура. Не дым, не тень. Плотное, физическое существо, вылепленное из тьмы, как грубоватая статуя из сырой глины. Человекоподобное тело, массивное и широкоплечее, без лица, без глаз, без рта. Только гладкая чёрная поверхность, поглощавшая свет. Руки заканчивались когтями, длинными и тонкими, как хирургические скальпели.

Раньше о таком я только мельком слышал или где-то читал, да и то, честно говоря, не верил. Это был демонический конструкт. Не живой демон, вызванный из бездны. А созданный, сконструированный из демонической энергии, как голем из камня. Послушное орудие, лишённое собственной воли.