Книга Бесстрашная Теодора, страница 17 – Ксения Зародова

Он кивнул мне, сделав для себя какие-то выводы, и обернулся к племяннику.

— Генри, — Джеймс Брикман вернулся к шутливому тону. — Помоги же мне. Ты видишь, что я пытаюсь произвести на мисс Робертс впечатление, но она никак не может меня оценить. Расскажи ей как-нибудь на досуге, какой у тебя веселый и изобретательный дядя!

Просьба озадачила мальчика:

— А ты уверен, дядя Джеймс, что мисс Робертс это оценит?

— А ты думаешь, дорогой племянник, она скорее оценит кого-нибудь печального?

— Я бы сказал, — глубокомысленно заметил Генри, — что кого-нибудь серьезного. Мисс Робертс кажется очень разумной дамой!

— Генри, — рассмеялся Джеймс, — все равно расскажи. Я за это буду чаще приходить к тебе в гости и заниматься с тобой.

— О каких занятиях идет речь? — вмешалась я.

— Ребенок стихийник, как и его отец. Как и я, — объяснил Джеймс Брикман. — Эдриан учит мальчика контролю над магией и немного — управлению стихиями. Но Эдриан очень плохо разбирается в артефакторике, а вот я как раз обученный артефактор. И Генри мечтает им стать. Поэтому мы с ним потихоньку разбираем азы. Я живу неподалеку, мне не сложно сюда приходить. Вы понимаете, о чем я говорю?

Я понимала. Детей-магов чуть ли не в младенческом возрасте, одновременно с умением говорить, начинали учить контролировать магию, чтобы ребенок не мог навредить себе или кому-то еще. Стихийников регистрировали и учили в специальных магических школах отдельно от обычных детей. А если дети-маги по каким-то причинам не посещали школу, за ними в обязательном порядке закрепляли наставника и контролировали обучение. Если у ребенка кто-то из родителей был магом, обычно наставником становился родитель. Но артефакторика лежала за пределами базовых знаний, и разбирались в ней немногие — те, кто закончил один из столичных университетов или несколько лет был в ученичестве у опытного артефактора.

— Да. Это очень интересно, — искренне ответила я. — А какие артефакты вы делаете, мистер Брикман?

— О, самые разные. Я работаю в частной фирме, которая выполняет и государственные заказы, и задания частных заказчиков. Среди наших клиентов много женщин. К сожалению, мы не обладаем способностями магов жизни и не умеем делать дам моложе, зато можем создать, например, волшебную по красоте одежду. На прошлой неделе я сделал для бала платье, у которого на подоле танцевали струи воды, не касаясь пола. А один мой коллега специализируется на артефактах, которые вставляются в глаза и меняют их цвет — нынче в моде голубой цвет глаз, вы знаете?

Я засмеялась:

— Да-да, голубоглазые блондинки были популярны во все времена.

— В последнее время, мисс Робертс, их стало так много, что они приелись. Тянет, знаете ли на экзотику!

— Вас тянет, мистер Брикман?

— Ну, может быть и меня. Но вообще вы должны радоваться, что родились с такой необычной внешностью! Вы пошли в отца?

— У моего отца русые волосы.

— Кто-то из далеких предков, должно быть, был виталистом.

— Сегодня это звучит как оскорбление, мистер Брикман.

— Я хотел сделать вам комплимент.

— Я поняла. Как поняла и то, почему вы до сих пор не женаты: в вашей жизни слишком много женщин. Чем больше выбор, тем сложнее остановиться на чем-то одном, да? У вас вредная работа, господин артефактор! — шутливо сказала я.