Книга Врач-попаданка. Невольная жена дракона Генерала, страница 272 – Диана Фурсова

Алина даже головы не подняла.

— Я делала вещи и хуже.

— Где?

— Не сейчас.

Она подошла к столу.

— Рейнар, мундир снять полностью. Рубаху тоже.

— Вы командуете мною всё охотнее.

— Потому что вы всё ещё живы и потому обязаны слушаться умнейших.

— Дерзко.

— Ценно.

Он поднялся.

Медленно.

Когда Тарр помог стянуть мундир и рубаху, Алина на миг задержала дыхание. Не от смущения — не время. От того, как много на нём было старых шрамов. Плечо, рёбра, ключица, живот, спина — всё тело казалось картой войн, через которые этот мужчина проходил, не давая себе права остаться слабым хоть раз.

И посреди этой карты — свежая рана у левого бока. Злая. Красная. С воспалённым валиком кожи. Очень живая, очень опасная.

Пламя ламп дрожало. Спирт бил в нос. Вода кипела тихо, как угроза.

— Лечь на правый бок, — сказала Алина. — Нет, не так. Ниже плечо. Тарр, поддержите. Иара, свет ближе.

Рейнар подчинился.

С трудом.

Почти не выдавая боли лицом.

Только через связь в неё уже шла тугая, жёсткая волна: жар, злость на собственное тело, раздражение на неё, на стол, на эту зависимость — и под всем этим что-то ещё. Тёмное. Очень личное. Направленное не на рану.

На неё.

Проклятье.

Не сейчас.

— Мне нужно что-то, чем его притупить, — сказала Иара. — У меня есть сонная настойка, но после того, что уже было…

— Нет, — отрезала Алина. — Не хочу смешивать. Есть крепкий алкоголь?

Тарр молча поставил на стол пузатую бутылку янтарной жидкости.

— Это из моего запаса, миледи. Не яд, клянусь честью.

— Прекрасно. Сегодня я почти научилась верить мужчинам на честное слово.

Она плеснула в чашку, поднесла Рейнару.

— Пейте.

Он посмотрел на неё, на чашку, снова на неё.

— И это всё ваше великое обезболивание?

— Нет. Ещё будет моя наглость, ваши зубы и крепость капитанских рук.

Тарр кашлянул куда-то в плечо.

Иара — о чудо — почти улыбнулась.

Рейнар взял чашку.

Осушил одним движением.

— Ещё, — сказала Алина.

— Вы решили меня споить?

— Я решила, что трезвый вы нам всем надоели.

Он выпил вторую так же молча.

Щёки чуть порозовели. Глаза стали темнее, глубже. Боль никуда не делась. Но край у неё немного затупился.

Хватит.

Больше опасно.

Алина вымыла руки сама — долго, тщательно, с мылом и горячей водой, потом спиртом. Снова. И ещё раз.

Иара смотрела так, будто запоминала ритуал.

Правильно. Пусть запоминает.

— Что вы ищете? — спросила она.

— Карман грязи. Возможно, обрывок ткани или щепку. Всё, что гниёт изнутри. Промою, вычищу, закрою так, чтобы выходило лишнее, а не тухло внутри. Если повезёт — обойдёмся без горячки. Если нет — будем драться дальше.

— Вы говорите об этом так, будто чините седло.

— Нет. Седло проще.

Она взяла нож.

Тонкий. Прокалённый. Острый настолько, насколько позволял этот мир.

И только в этот момент тишина в комнате стала совсем особой.

Тарр встал у плеч Рейнара. Иара — напротив с лампой и полотнами. Сам Рейнар лежал, вцепившись пальцами в край стола так, что побелели костяшки. Смотрел только на неё.

Не моргал почти.

И в этом взгляде было что-то до невозможности опасное. Не для тела. Для неё самой. Потому что так смотрят не на лекаря. Не на жену. Не на женщину, которую просто терпят рядом.

Так смотрят, когда уже отдали в чужие руки слишком многое.

— Последний шанс передумать, — тихо сказала она.