Книга Врач-попаданка. Невольная жена дракона Генерала, страница 156 – Диана Фурсова

Вот теперь она действительно почти улыбнулась.

Ненавидела себя за это.

И его тоже.

Но улыбка всё же мелькнула.

Слишком живая.

Слишком их.

И именно поэтому оба сразу погасили её, будто даже это уже было роскошью, которую нельзя себе позволять.

В дверь коротко постучали.

Разумеется.

Мир, к счастью, не собирался давать им даже минуту на осознание собственной глупости.

Тарр вошёл, едва получив разрешение.

И сразу замер.

Ненадолго. Но достаточно, чтобы Алина поняла: вид у них обоих, вероятно, был не тем, с каким обсуждают только допросы и охрану.

Очень хорошо.

Очень плохо.

Капитан, впрочем, был слишком хорош, чтобы позволить лицу сказать хоть что-то.

— Милорд. Миледи. Есть новости по повитухе.

Рейнар сразу собрался обратно в железо.

— Говори.

— Лавина Кест жива.

Алина резко подняла голову.

— Что?

— Жива, — повторил Тарр. — Но до похорон дело действительно почти дошло. Её нашли за городским мостом, в старом фургоне травницы. Без сознания, с лихорадкой и следами той же сладкой дряни в крови — если миледи позволят так выразиться. — Он бросил короткий взгляд на Алину. — Кто-то хотел, чтобы все решили, будто она умерла по дороге. Уже даже распустили слух и подготовили отпевание.

Вот и всё.

Приманка была настоящей.

Настолько, что почти успела стать телом.

Алина почувствовала, как внутри снова включается работа. Быстро, резко, без жалости к остаткам их с Рейнаром недавнего безумия.

— Где она сейчас?

— На постоялом дворе у северной дороги. Наши люди держат место. Местный священник уже куплен — молчит, пока не поймёт, кто заплатит больше.

— Прекрасно, — выдохнула Алина. — Просто восхитительно.

Рейнар посмотрел на неё.

И в этом взгляде уже не было ни следа от недавнего поцелуя.

Или он очень хорошо спрятал.

— Вы никуда не поедете, — сказал он.

Вот.

Опять.

Она закрыла глаза на секунду.

Только на секунду.

— Даже не начинайте.

— Уже начал.

— Там живая женщина после отравления, которая может опознать тех, кто её брал. И вы хотите снова отправить меня ждать в крепости?

— Я хочу, чтобы вы остались живой.

— А я хочу получить правду раньше, чем её выжгут.

— Аделаида.

— Нет, Рейнар.

Имя вылетело само.

Первый раз так.

Без “милорд”.

Без защиты.

Без дистанции.

И это ударило по обоим не хуже поцелуя.

Он замер.

Тарр очень разумно посмотрел в сторону стены, словно та внезапно стала важнейшей частью комнаты.

Алина поняла свою ошибку мгновенно.

Слишком поздно.

— Я поеду, — сказала она уже тише, но твёрже. — Вы можете запретить мне выйти одной. Хорошо. Но тогда едете со мной. Потому что если Лавина Кест ещё жива, у нас не часы — у нас минуты.

Рейнар смотрел долго.

Слишком долго.

А потом сказал то, чего она меньше всего ждала:

— Хорошо.

Она моргнула.

— Что?

— Хорошо. Вы едете. Со мной. Под охраной. И если после этого вы ещё раз решите, что мой приказ о крепости был прихотью, я лично привяжу вас к столбу в лечебнице, чтобы у вас хотя бы была приличная причина меня ненавидеть.

Проклятье.

Вот за это ей хотелось его ударить.

И, что хуже, именно за это — почти поцеловать снова.

Совсем плохой набор реакций.

— Вы невыносимы, — сказала Алина.

— Поздно жаловаться.

Тарр кашлянул:

— Милорд, выдвигаться сейчас?

Рейнар не сводил взгляда с Алины.

— Через десять минут. Закрытая карета. Двое впереди, двое сзади. И ни одного слова по крепости, куда именно мы едем.