Книга Врач-попаданка. Невольная жена дракона Генерала, страница 126 – Диана Фурсова

Она подняла глаза.

— Старые покои восточного крыла?

Тарр нахмурился:

— Там сейчас никто не живёт. Комнаты для приезжих дам и старая зимняя спальня.

Марта кивнула:

— Именно. И ещё одна вещь. Дорна приказала не трогать шкатулки из северной гостевой, пока “хозяйка не выберет сама”.

Северная гостевая.

Колыбель.

Короба из верхней детской.

Медальон.

Всё это снова начало складываться, уже не в один заговор, а в целую подготовленную сцену.

— Они готовили не меня, — медленно сказала Алина. — Они готовили место.

— Да, — отозвался Рейнар.

Это “да” прозвучало совсем иначе, чем раньше.

Не соглашением.

Приговором.

Алина положила бумагу на стол и взяла следующую. Там были цифры без названий — суммы, вычеты, двойные проводки. Один и тот же расход шёл сразу по двум книгам: северные гости и женское хозяйство. Плюс отдельная строчка по конюшенному овсу, куда, судя по сумме, засунули то, что не хотели видеть рядом с именем дома.

Она ощутила знакомое покалывание в пальцах.

Вот оно.

Любая система врет одинаково. Когда хотят спрятать лишнее, прячут не в тайну, а в рутину.

— Мне нужны хозяйственные книги, — сказала Алина.

Тарр уже открыл рот, но Марта опередила его:

— Не просто книги, миледи. Руки, которые их вели. Потому что в книгах вам покажут красивое. А счётчики, прачки, кладовщицы и те, кто таскает уголь, скажут, где красивое не сходится с тяжестью в руках.

Алина смотрела на неё почти с удовольствием.

— Вы мне нравитесь.

— Я обычно сначала раздражаю, — сухо ответила Марта.

— Это тоже хороший знак.

Рейнар отошёл от окна и подошёл к столу. Медленно взял одну из бумаг.

— Если кто-то готовил восточное крыло под новую хозяйку, — сказал он, — он делал это либо с расчётом на открытый разрыв брака, либо на смерть моей жены.

— Или на обе версии сразу, — тихо добавила Алина. — Потому что одно не мешает другому. Сначала довести до могилы, а если не выйдет — признать брак неполноценным и заменить. Смета останется полезной в любом случае.

Марта кивнула так, будто именно это и ждала услышать.

— Значит, вы уже понимаете, миледи.

— Я понимаю, что в вашем доме воровали не только деньги.

Рейнар поднял взгляд.

— Объяснитесь.

Она ткнула пальцем в двойные проводки.

— Смотрите. Если одни и те же ткани, грелки, травы и бельё проходят по двум разным статьям, значит, кто-то либо ворует с запасом, либо прячет реальные закупки под чужими расходами. Это не только про повитуху. Это про всю схему. Подготовка комнат, замена штор, вывоз коробов, простыни, лекарства, отдельное питание. Всё можно размазать по хозяйству так, что глупый мужчина увидит просто “женские траты”.

Марта усмехнулась в кулак.

Тарр очень разумно сделал вид, будто не услышал “глупый мужчина”.

Рейнар же, к её удивлению, не оскорбился.

— И вы, конечно, не считаете меня исключением.

— Пока нет, — ответила Алина.

— Очень ободряюще.

— Это ещё мягко. Если бы я была злее, сказала бы, что вас обворовывали годами на глазах у всего севера, а вы замечали только размер гарнизонных мечей.

Тарр всё-таки кашлянул.

Марта спрятала губы в платок.

А Рейнар… посмотрел так, что у неё на миг пересохло во рту.

Потому что в золотых глазах не было злости. Было опасное, тёмное, почти недопустимое удовольствие от того, что она снова бьёт туда, где больно, — и попадает.