Книга Птица, влюбленная в клетку, страница 116 – Рукие Идели

— Я все расскажу. Но хочу, чтобы ты знала: я делаю это не ради того, чтобы ты простила меня. Ладно?

Я еле заметно кивнула. Он начал говорить, и все мое внимание оказалось приковано к нему.

— В тот день я ездил к сестре. Я совершенно не ожидал увидеть там разбитую могильную плиту. Я растерялся, совершенно не представлял, что мне делать. Я ведь и так не смог ее уберечь и, увидев разбитое надгробие, не выдержал. Помню, как слетел с катушек. Я помешался, – голос Альптекина дрожал, будто он заново переживал те моменты. – Я не знал, что мне делать, не знал, как уберечь сестру от мерзавцев, которые это сделали. Они просто разбили моей сестре сердце, которое и так уже не билось. А я, ее старший брат, не мог ничего сделать. Я чувствовал себя отвратительно жалким.

Он всхлипнул. Он не плакал, нет. Если бы плакал, не выглядел бы так плохо.

— Я позвонил брату. Думал, что он точно сможет вытащить меня из этого состояния. Ведь он мой старший брат. Он разберется, – сказал он уверенно. – Чтобы отвлечь меня от этой ситуации, он сказал, что вокруг наших домов кто-то трется. Сказал, чтобы я поехал и посмотрел, кто там, и доложил потом ему.

Я горько улыбнулась.

— А я, ни о чем не подозревая, просто пыталась найти дом своего брата.

— Я не знал! – тут же ответил он. – Пока я добирался до того дома, в голове у меня была только мысль о мести. Я ехал туда для того, чтобы убить подлеца, который навредил моей сестре, моей семье.

Сквозь боль я попыталась улыбнуться.

— Не пойми неправильно, – продолжал Альптекин. – Пусть я и не до конца верен своим убеждениям, но вера все же у меня есть. Забирать жизнь, дарованную Всевышним, не в моей власти. Не мое это право. Но в тот момент… В тот момент, даже если бы я знал, что сгорю в аду – никто не смог бы меня остановить.

Его тон был ледяным.

Я понимала, о чем он говорит. Если бы я была в таком состоянии, если бы у меня была цель добраться до того, кто причинил боль моей семье, возможно, я тоже без колебаний совершила бы этот грех.

Прежде чем заговорить, он резко провел рукой по лицу.

— Иногда все вдруг наваливается одно за другим, – продолжал Альптекин. – В ту ночь все пошло наперекосяк. Брат попал в засаду на дороге. Омер очутился в ловушке во время пожара в офисе. Могилу нашей младшей сестры разбили… Я оказался просто в каком-то водовороте и не знал, как и на что реагировать. Не представляю, как добрался до того дома… Как под проливным дождем смог спутать тебя с… тем ублюдком. Если бы только моя рука отсохла и я не причинил бы тебе вреда!

Я едва заметно пожала плечами:

— Судьба…

Он кивнул, соглашаясь со мной. Я видела, как он хочет продолжить.

— Когда я понял, что ты – не он, было уже поздно. Очнулся я уже тогда, когда привез тебя в больницу. Руки дрожали. Я был не в себе. Я поднял руку на женщину… на невиновную. Я до безумия боялся, что ты умрешь и я даже не смогу попросить у тебя прощения. – Альптекин выдохнул и хрипло усмехнулся. – Ты и не умерла… Но извиниться толком я тоже не смог.

А что, лучше было нам тогда умереть?

— Из-за моего брата? – спросила я.

Он кивнул.

— Но у него были причины. Не знаю, насколько ты примешь их, насколько они покажутся тебе разумными… Но у него была своя правда. После всего, что случилось, после того как я навредил тебе… я не посмел ему перечить. Я не был настолько безумным, чтобы не слушаться его. Мне сказали молчать – и я молчал. Мне сказали исчезнуть – и я исчез. Мне сказали вести себя так, будто меня никогда не было, – и я стал тенью.