Книга Партизаны, страница 37 – Алистер Маклин

— Ну и как вам? – спросил Петерсен. Он сидел за столом Карлоса, перед ним стоял стакан скотча, а рядом лежал только что написанный текст сообщения. – Посадим Михаэля, пусть передаст. Открытым текстом, естественно. ПОЛКОВНИК ЛУНЦ. Затем его кодовый номер. ВАШИ НЕСОСТОЯВШИЕСЯ НАЕМНЫЕ УБИЙЦЫ И/ИЛИ КАРАТЕЛИ БАНДА ДИЛЕТАНТОВ ТЧК АЛЕССАНДРО И ОСТАЛЬНЫЕ РАСТЯПЫ ЗАПЕРТЫ В НОСОВОЙ КАЮТЕ КОЛОМБО ЗА ЗАВАРЕННОЙ СТАЛЬНОЙ ДВЕРЬЮ ТЧК ПРОСТИТЕ НЕ МОГУ ПОЗДРАВИТЬ ВАС ГЕНЕРАЛ ФОН ЛЕР ГЕНЕРАЛ ГРАНЕЛЛИ МАЙОР ЧИПРИАНО С ВЫБОРОМ АГЕНТОВ ТЧК С УВАЖЕНИЕМ ЗЕППО. Зеппо, как вы, возможно, помните, – мое кодовое имя.

Джордже сплел пальцы.

— Неплохо, – рассудительно проговорил он, – неплохо. Хотя и не вполне точно. Мы на самом деле не знаем, что они наемные убийцы, каратели и так далее.

— Откуда им знать, что мы этого не знаем? Наведем немного шороха в их голубятне. Хватит уже этого нежного воркования, не находишь?

— Полковник Лунц и генерал фон Лер страшно расстроятся, – широко улыбнулся Джордже. – Алессандро говорил, что они ничего не знали.

— Опять-таки, откуда им об этом знать? – возразил Петерсен. – У них связаны руки, и они готовы будут предполагать что угодно. С радостью бы послушал оживленные телефонные переговоры между упомянутыми лицами в конце дня. Нет ничего лучше, чем посеять замешательство, раздор, подозрения и недоверие среди лояльных союзников. Что ж, неплохая работа, господа. Думаю, мы сегодня заслужили по рюмке на сон грядущий, прежде чем пойти побеседовать с Карлосом.

Единственным источником света в рулевой рубке было тусклое свечение нактоуза, так что Петерсену и двум его спутникам потребовалось некоторое время, чтобы привыкнуть к полумраку. За штурвалом стоял сам Карлос – благодаря тактичному вмешательству Петерсена рулевой временно отсутствовал.

— Меня удивляет, Карлос, – заметил Петерсен, столь же тактично кашлянув, – можно даже сказать, всерьез тревожит, что простой честный моряк вроде тебя связался с печально знаменитыми и неразборчивыми в средствах личностями, такими, как генерал Гранелли и майор Чиприано.

Карлос продолжал смотреть прямо перед собой, положив руки на штурвал. Когда он заговорил, голос его был на редкость спокоен:

— Я ни с кем из них не знаком и после сегодняшней ночи приложу все усилия, чтобы впредь ничего подобного не случилось. Приказ есть приказ, но я никогда больше не возьму на борт кого-то из убийц-отравителей Гранелли. Они могут угрожать мне трибуналом, но дальше угроз дело не пойдет. Как я понимаю, у Алессандро развязался язык?

— Да.

— Он жив? – Судя по тону, Карлоса это не особо беспокоило.

— Жив и здоров. Никаких пыток, как и было обещано. Простая психология.

— Вряд ли бы ты стал так говорить, будь это неправдой. Ладно, я с ним потолкую. Как-нибудь. – Торопиться он, похоже, не собирался.

— Боюсь, для этого тебе придется спуститься в беседке к иллюминатору его каюты. Так уж вышло, что дверь заперта.

— Запертое можно и отпереть.

— Не в этом случае. Приносим свои извинения, что не слишком благородно поступили с итальянским военным кораблем, но мы сочли благоразумным приварить дверь к переборке.

— Ах вот как! – Только теперь Карлос взглянул на Петерсена. На лице его появилось подобие вежливого интереса. – Приварить? Весьма оригинальное решение.