Книга Летние гости, страница 154 – Фиона О’Брайан

— Где сейчас папа? – Энни задавала себе этот вопрос с самого приезда.

— Точно не знаю. Может, он у твоей тети Мэй в Дублине, туда я посоветовала ему поехать. Я сказала, что ухожу от него. Давно следовало, но вот, наконец, я решилась.

Энни ошарашенно смотрит на нее.

— Ты уверена?

— Честно говоря, я сейчас уже не знаю, что и думать. Но я уверена, что хочу побыть одна. Мне предстоит принять несколько важных решений, и мне нужны тишина и спокойствие, чтобы все обдумать. А еще я хочу быть в форме, когда Ди выйдет из лечебницы, мне надо быть сильной ради нее. Я ничего не сказала Грейси о нас с твоим отцом. Видит бог, у нее достаточно проблем с собственными родителями. Только сказала, что дедушка уехал по делам отеля в Дублин и, возможно, задержится там на какое-то время.

— Как долго Ди пробудет?..

— Доктор Майк сказал, что шесть недель. Это стандартный срок для реабилитации. Но сейчас дело не в Ди, Энни. Я поговорю с ней отдельно, когда она окрепнет. Я хочу извиниться перед тобой за то, что тебе так досталось, за то, что пришлось в одиночку хранить ужасную тайну все эти четыре года. Ты ничего не должна была знать, ты не несла ответственности за то, что тогда произошло, а получила ужасное бремя, и это непростительно. Энни, мне очень, очень жаль.

— Это было мое решение, мама, – тихо отвечает Энни.

— Я знаю. Но ты вообще не должна была оказаться перед таким выбором. Прости меня за это. И теперь я беспокоюсь о тебе, Энни, беспокоюсь, что все это плохо повлияло на тебя, на то, что ты думаешь о мужчинах и о браке. Пожалуйста, не позволяй этому определять твою жизнь.

Энни кивает. Это самое сложное. Но сейчас уже не важно. Сейчас она думает о сходстве, на которое Дэн указал ей: они с Бредой и правда действовали из одинаковых побуждений, и, когда она смотрит в лицо матери, на котором застыли беспокойство и тревога, поток сочувствия захлестывает ее. Это ее мать. Женщина, которая всегда была рядом. Неправильно злиться на нее. Они нужны друг другу сейчас больше, чем когда-либо. Энни берет Бреду за руку.

— Я тоже жалею, мама, прости за то, что я тогда сказала. Я не то имела в виду. Я просто очень переживала из-за Грейси и… ну, остальное ты знаешь.

— У нас у всех были тяжелые дни, – говорит Бреда, улыбаясь. – Позволим жизни некоторое время идти своим чередом, и, надеюсь, скоро мы опять сможем начать двигаться вперед. О, да, но есть еще кое-что…

— Что?

— Я собираюсь выставить отель на продажу. Если мы с твоим отцом разводимся, то придется. И это хорошее время: рынок снова растет, как я выяснила. Помимо всего прочего, я хочу начать с чистого листа.

— Ты права. Учитывая все обстоятельства, это будет хорошим решением. Жаль, что вам придется пройти через это, но я помогу, чем смогу. Но на сегодня хватит. Нам обеим. Я устала, мам. Ты не против, если я пойду?

— Нисколько. Иди ложись.

Энни встает, чтобы взять сумку и плащ.

— И еще, Энни, – говорит Бреда, когда она уже в дверях. – Спасибо, что дала мне объясниться.

* * *

Дэн просыпается в незнакомой постели и сперва не может понять, где он. А потом вспоминает… и успокаивается. Шон в больнице «Керри Дженерал», он жив. Его оставили на ночь, чтобы понаблюдать, но после дефибрилляции его сердечный ритм пришел в норму, и его перевели в обычную палату. Врачи сказали, что все идет хорошо и Шона выпишут домой к обеду.