Онлайн книга «Сад за дверью»
|
Сессия №001 (Лила): • Длительность: 7 часов 34 минуты. • Фазы: NREM – стабильно, REM – присутствует (14% от общего времени). • Эмоциональный фон: колебания от -3 (тревога) до +2 (заинтересованность). • Обнаружены устойчивые образные паттерны: городской пейзаж (68%), фигура мужчины (не идентифицирована, 22%), атмосферные осадки (дождь, 91%). • Примечание: зафиксирована физиологическая реакция – слезоотделение на 03:17. Лила видела сон. Не свой. Но видела. И плакала в нём. Марк почувствовал, как что-то сжалось у него внутри. Не боль. Не гордость. Нечто третье, тяжёлое и незнакомое. Он отдал свою ночь. Она её прожила. Он поднялся на цыпочках в её комнату. Лила уже не спала. Сидела на кровати, обняв колени, и смотрела в окно, где занимался серый зимний рассвет. — Лиль? — тихо позвал он. Она обернулась. Глаза были чуть припухшими, но в них не было привычной утренней мути. Был вопрос. — Пап, — сказала она так же тихо. — А кому снился тот дождь? Он сел на край кровати. — Какой дождь, зайка? — Тот, что шёл всю ночь. По крышам. И по стеклу. Он был… холодный. Но не неприятный. — Она искала слова, морща лоб. — А ещё там был человек. Он стоял под крышей и смотрел на часы. И ждал. Он очень ждал. И было… грустно. Марк узнал этот сон. Точнее, его оболочку. Это был его кошмар, который преследовал его после проваленного дедлайна два года назад. Он стоял под навесом у офиса, смотрел на часы и понимал, что опоздал навсегда. Но в его сне не было дождя. Была только серая тоска и чувство вины. Лила добавила дождь. И сочувствие к тому человеку. — Это был мой сон, — выдохнул он. Она кивнула, неудивившись. — Он очень устал, — сказала Лила просто. Потом добавила: — Можно на завтрак овсянку с ягодами? Пока Софи готовила завтрак, Марк вернулся к Хроноскопу. Нужно было понять, как теперь устроена его жизнь. Он заглянул в свой профиль. Пользователь: Марк (Донор). • Статус поля: пассивный. • Последняя запись сновидения: отсутствует (канал перенаправлен). • Ресурсы: передача активна. Сухо. Технично. Безлико. Он щёлкнул по вкладке «Архив». Экран потемнел, а затем заполнился структурой, напоминавшей то ли каталог библиотеки, то ли схему метро. Папки, подпапки, файлы с расширениями .dream, .echo, .raw. Возле каждого — не размер в мегабайтах, а цифра с пометкой «е.э.» и цветной индикатор. • «Проект_сдача_просрочен.dream» – 12 э.е. [индикатор: тёмно-оранжевый] • «Разговор_с_отцом_1987.echo» – 7 э.е. [индикатор: холодно-голубой] • «Кошмар_падение.raw» – 18 э.е. [индикатор: багровый] «Э.е.»? Эмоциональные единицы? Марк ткнул в один из файлов. Всплыло окно: «Для доступа к содержимому файла требуется разрешение вахтёра Архипа. Заполните форму 7-Г („Запрос на просмотр личного архива“). Очередь: 3 рабочих дня.» — Что за… — начал он вслух. И тут же в углу экрана материализовалось небольшое текстовое окно, будто старинный чат. В нём, с задержкой, появилось сообщение: Архип: *Вы здесь не зарегистрированы как исследователь архива. Доступ только для обслуживающего персонала и уполномоченных сновидцев. По всем вопросам — к вахтёру. То есть ко мне. Форма 7-Г у вас есть?* Марк остолбенел. ИИ? Очень продвинутый чат-бот? Он медленно выстукал ответ: «У меня нет никакой формы. Я Марк. Владелец этого устройства.» Пауза. Архип: «Владелец устройства и уполномоченный архивариус — разные вещи. Вы — донор. Ваша функция — поставлять сырьё. Моя — его систематизировать и охранять. Не путайте. Форму 7-Г можно запросить в разделе «Бюрократия». Заполняется в трёх экземплярах, заверяется сновидением-печатью. Приходите завтра, сейчас у меня обед.» |