Книга Истинная. В клетке у Альфы, страница 2 – Ангелина Калинова

— Человеческая вонь, — шипит он, пальцы сжимаются сильнее, когти впиваются в кожу, но не рвут — пока. — Ты вторглась в наши земли, тварь. Ты умрешь здесь, медленно и болезненно, чтобы твоя смерть послужила уроком.

Его голос — как гром, низкий и угрожающий, но в нем сквозит что-то еще, нотка удивления? Я хриплю, пытаясь вырваться, но его хватка железная, тело прижимается ближе, отчего я чувствую жар его кожи. Мысли мелькают: "Кто он? Почему он так ненавидит? И почему... почему его прикосновение вызывает странный отклик во мне?" Страх превращается в ярость — я не позволю какому-то зверю сломать меня!

— Отпусти меня, ублюдок! — выдавливаю я, впиваясь ногтями в его запястье, царапая до крови. — Я не знаю, как здесь оказалась, но если ты не уберешь свои лапы, я...

Он смеется, но в смехе — чистая ненависть, ядовитая,как змеиный яд. Его лицо так близко, что я вижу золотые искры в глазах, чувствую горячее дыхание на щеке. Вдруг его глаза расширяются, ноздри трепещут снова, и выражение меняется — от ярости к шоку, а потом к бешенству, что искажает черты. Он отшатывается чуть, но не отпускает, прижимая меня сильнее, его тело твердое, как камень.

— Истинная пара? — рычит он, словно это самое страшное проклятие в мире. — Ты, жалкая человеческая шлюха? Нет, боги издеваются надо мной! Ты ослабляешь меня, отравляешь мою кровь своей слабостью!

Слова бьют, как пощечина. Истинная пара? Что за бред? Но его ярость заражает меня, разжигает что-то внутри. Мои руки вдруг горят — буквально. Пламя вспыхивает из ладоней, золотое и алое, обжигая его кожу, танцуя по пальцам, как в моем шоу, только теперь это не трюк, не пиротехника. Это реальность, вырвавшаяся из меня. "Что это? Магия? Во мне? Нет, это невозможно!" — думаю я в панике, но огонь не гаснет, он рвется наружу, озаряя пещеру ярким светом. Оборотни вокруг рычат, отступая в тень, их глаза полны страха и гнева.

— Что это за дьявольщина? — вопит он, тряся обожженной рукой, на которой остаются красные следы. — Ты не просто человек... Ты проклятие, посланное, чтобы уничтожить меня!

Боль в его голосе смешана с ненавистью, но я вижу искру — не пламени, а чего-то другого, что пугает меня. Он машет рукой, и из камня вырастают золотые прутья, запирая меня в клетке, что сверкает, как солнце в зените. Я бьюсь о них, огонь вспыхивает ярче, лижет прутья, но они не тают, только нагреваются.

— Завтра я сломаю эту связь... или тебя, — шипит он, уходя в тень пещеры. Его глаза горят ненавистью, но в глубине — та искра, что заставляет мое сердце биться чаще. "Кто он? И почему я не могу отвести взгляд?" — думаю я, опускаясь на пол клетки, пламя на ладонях угасает медленно, оставляя меня в холодной тишине.

Холод золотых прутьев впивался в спину, словно насмешка над моим огнём. Я сидела, прислонившись к решётке, и пыталась дышать ровно, хотя сердце всё ещё колотилось так, будто хотело вырваться из груди и убежать от всего этого кошмара. Пещера вокруг дышала — низкий гул голосов, далёкие рыки, тяжёлые шаги по камню. Запах здесь был чужим: сухая земля, горячий камень, мускусная сила зверей и что-то ещё — терпкий, металлический привкус крови. Я закрыла глаза и попыталась вызвать в памяти арену цирка: яркий свет, музыку, аплодисменты. Но вместо этого перед внутренним взором вставало только его лицо. Золотые глаза, полные ненависти, и то мгновение, когда он вдохнул мой запах и будто получил удар под дых.