Книга Истинная. В клетке у Альфы, страница 7 – Ангелина Калинова

Кровь капала на пол громко, как метроном.

И тогда пламя внутри меня взорвалось.

Не яростно. Не разрушительно.

Мягко. Тепло. Золотым светом.

Я шагнула к нему.

Опустился на колени рядом.

Протянула руки — дрожащие, но уверенные — и положила ладони на рану.

Огонь потёк из меня в него.

Как река в пересохшее русло.

Тёплый. Живой. Исцеляющий.

Рана начала затягиваться.

Сначала края, потом глубже. Кровь перестала течь. Кожа срослась — гладкая, чуть розовая, без единого шрама.

Рэйн поднял голову.

Его глаза — огромные, золотые — смотрели на меня в абсолютном шоке.

— Что… ты сделала? — прохрипел он.

Я убрала руки.

Пламя угасло. Осталось только лёгкое покалывание на ладонях.

— Не знаю, — честно ответила я. Голос был тихим. — Оно… само.

Он смотрел на меня ещё мгновение.

Потом резко встал — слишком резко, будто хотел доказать, что всё ещё силён.

— Это ничего не меняет, — бросил он хрипло. — Ты по-прежнему моя слабость.

Я тоже поднялась. Медленно. Глядя ему прямо в глаза.

— А ты — моя, — сказала я спокойно. — И это бесит меня сильнее, чем ты можешь представить.

Он стиснул челюсти так, что мышцы заходили желваками.

Потом, не сказав ни слова, схватил меня за запястье.

— Идём.

— Куда?

— В мою спальню.

Я дёрнулась.

— Что?

— Для безопасности, — процедил он сквозь зубы. — Покая не разберусь, кто ещё захочет тебя прирезать. И пока не найду способ избавиться от этой… — он сжал моё запястье сильнее, — …связи.

Я могла бы вырваться.

Могла бы сказать, что не пойду.

Но вместо этого я шагнула за ним.

Потому что в глубине души — в самом тёмном, самом честном уголке — я знала:

если он сейчас отпустит мою руку,

я сгорю.

Не от пламени.

От пустоты.

Мы шли по коридорам в тишине.

Его пальцы жгли мою кожу.

Мои — его.

И ни один из нас не отпускал.

Дверь в спальню Рэйна закрылась с тяжёлым, окончательным стуком, от которого по каменным стенам прошла дрожь, словно само помещение знало, что сейчас здесь произойдёт нечто необратимое. Комната была неожиданно большой для пещеры — высокий сводчатый потолок, усыпанный крохотными кристаллами, которые ловили и отражали слабый свет жаровен, создавая иллюзию звёздного неба глубоко под землёй. В центре — широкое ложе из тёмного дерева, покрытое шкурами, ещё хранившими запах дикого зверя. По стенам — полки с древними свитками, клинки, выкованные из чего-то, похожего на чёрное золото, и один-единственный предмет, который сразу приковал мой взгляд: огромный череп льва, висевший над изголовьем, с пустыми глазницами, в которых, казалось, всё ещё тлел золотой огонь.

Рэйн отпустил моё запястье только тогда, когда мы оказались внутри. Он отошёл к дальней стене, словно нуждался в расстоянии, чтобы не сорваться. Его спина была напряжена, мышцы перекатывались под кожей, как у зверя, готового к прыжку. Кровь на боку уже высохла, но я видела тонкую розовую полоску — след от моей магии, который он так старательно игнорировал.

Я стояла посреди комнаты, не зная, куда деть руки. Пламя внутри меня затихло, но не уснуло — оно дремало, как кошка на солнце, и каждый раз, когда Рэйн делал вдох, оно чуть приоткрывало глаза.

— Садись, — бросил он, не оборачиваясь. Голос был низким, усталым, но в нём всё ещё звенела сталь. — И не вздумай пытаться бежать. Дверь заперта. А за стенами — мои лучшие воины.

Я усмехнулась, хотя губы дрожали.