Книга Снежный феникс, страница 14 – Рона Рэйн

И тут меня накрыло волной воспоминаний.

Да. Я вспомнила имя птицы. Снежик. Маленькое, почти детское прозвище, которое я придумала, когда Арон впервые создал эту снежную сущность из вихря метели.

Но это было не всё.

Вместе с именем птицы в памяти всплыло ещё одно – кольцо. То самое, что висело на металлической цепочке у меня на шее с самого детства. Его нашли на мне после пожара. И я всегда считала его обычным стеклом, но всё равно хранила.

А вдруг…

Вдруг это и есть горный хрусталь?

Я замерла, пытаясь вспомнить, куда могла положить кольцо. В детдоме всё было просто – прятала его в спичечном коробке, заталкивала поглубже в ящик с бельём. Но потом… потом была квартира. Новая жизнь. Хаос первых дней, когда вещи разбрасывались где попало.

– Только вот куда я его убрала… – пробормотала я, оглядывая комнату.

Взгляд упал на старый шкаф, где лежала одежда. Привычка прятать кольцо никуда не исчезла – значит, искать надо там, где привычно. Где безопасно.

Подойдя к шкафу, я начала рыться в вещах. Где‑то здесь…

И вот – под стопкой аккуратно сложенной одежды блеснул знакомый картон. Спичечный коробок. Тот самый.

В этот момент феникс издал странный звук – не звон, не щебет, а что‑то среднее между трелью и скрипом. И снова клюнул меня в плечо – на этот раз ощутимо больнее.

– Снежик, отстань! – отмахнулась я, убирая коробок в карман. – С ума сошёл, что ли?

Но феникс не успокоился. Он начал хватать меня за волосы, царапать своими льдинками‑коготками руки, будто пытался разбудить, встряхнуть, заставить понять.

– Отстань! – закричала я, но мой голос утонул в рёве гарпий.

Я вскинула голову – и замерла.

Разбитое окно превратилось в портал в иной мир. За его рваными краями раскинулось ночное небо, расцвеченное северным сиянием. Оно пульсировало, переливалось, то вспыхивая изумрудом, то гаснув лазурью,то растворяясь в пурпуре. Но красота была обманчива.

В этом свете на меня летели гарпии. Их крылья резали воздух с визгом, от которого закладывало уши.

Не долго думая, схватила куртку, на ходу запихивая в карман спичечный коробок с кольцом, поймала феникса и бросилась бежать из квартиры.

Адреналин стучал в ушах, отдаваясь пульсацией в висках. Я перепрыгивала через ступеньку, лишь бы поскорее вырваться из этого дома. Холодный воздух лестничной клетки обжигал горло, но я не сбавляла темп.

Феникс трепыхался в моих руках, бился крыльями, царапал льдистыми коготками кожу. Я сжимала его крепче, чувствуя, как под пальцами пульсирует странное тепло – не птичье, а какое‑то иное, почти магическое.

– Хватит! – вскрикнула я, когда острая боль пронзила ладонь. Птица прокусила кожу – из ранки тут же выступила кровь.

Лишь на первом этаже я притормозила, задыхаясь от бега. Резким движением раскрыла ладони – феникс вырвался на свободу, взмыл к потолку, издав звенящий крик, похожий на разбитое стекло.

– Ты какого чёрта творишь? Мне ведь больно! – выдохнула я, разглядывая кровоточащую ладонь.

– Аврора! – голос Арона в моей голове прозвучал жёстче, чем когда‑либо. – Надень кольцо!

Дрожащими пальцами – то ли от страха, то ли от холода, пронизывающего лестничную клетку – я выхватила спичечный коробок из кармана. Крышка поддалась не сразу, будто сопротивляясь. Кольцо выскользнуло на ладонь. Не раздумывая, надела его на палец. Кровь из прокушенной ладони тут же окрасила хрусталь в багровый цвет. Камень на миг вспыхнул, словно впитывая влагу, а потом окрасился в ярко‑алый цвет.