Книга Развод. Слишком сильная, чтобы простить, страница 3 – Марика Мур

— Мы рады тебе всегда. Ты же знаешь.

Она подошла, чмокнула меня в щёку. А потом обняла Илью. Слишком близко? Нет. Просто… по-свойски.

И он тоже её обнял. Быстро. Но как-то… мягко.

Я не знаю, что именно тогда мелькнуло у меня в груди. Не ревность. Не подозрение. Скорее — чувство, что в доме, который ты строила двадцать лет, где-то появилась незаметная трещина в стене. Её не видно. Но если прислониться ухом — можно услышать, как воздух сквозит.

Ночью я лежала рядом с Ильёй, и он спал, как обычно — спокойно, с лёгким посапыванием. Я смотрела в потолок. И думала: почему меня так не отпускает этот вечер?

Почему какой-то дурацкий взгляд, какой-то интонации вдруг хватило, чтобы во мне что-то сдвинулось?

Я перевернулась на бок. Прильнула к нему. Он, даже не просыпаясь, положил руку на мою талию.

И я сказала себе:

«Прекрати. Ты сходишь с ума. Это твоя семья. Всё хорошо.»

Я тогда ещё не знала, что трещина уже пошла.

Даша

Утро началось с запаха кофе и тихого джаза на кухне. Илья в халате, читает новости на планшете, щурится, ворчит про городские бюджеты и чешет затылок, как всегда. В чашке капучино с корицей — мой почерк. Мы обычно не говорим друг другу «доброе утро» — мы живём в нём.

Уже много лет.

Я достаю из холодильника миндальное молоко, кидаю ему взгляд:

— На пресс-конференции по "Парковому кольцу" тебя, кстати, почти хвалили. Даже журналисты.

— Почти — не считается, — хмыкает он. — Но приятно. Хотя, ты сама всё выровняла.

Он встаёт, подходит, касается рукой моей талии. Всё привычно. Даже тепло.

Аня спускается по лестнице, босиком, в тонкой пижаме, и что-то напевает. Она все же вернулась на следующий день и решила задержатся в городе.

Ясное лицо без макияжа, но с той глянцевой грацией, которая у неё с шестнадцати лет — как будто где-то внутри встроено зеркало. Отголоски модельного прошлого.

— Доброе утро, — говорит она, садясь на табурет. — У вас тут как в отеле. Тихо, уютно и кофе вкусный.

— Будешь капучино? — спрашиваю я, ставя вторую чашку.

— Конечно, — улыбается она. — У вас вкус к жизни, Дарья Николаевна. Прямо заражаюсь. Привыкнуть не долго.

— Вот зараза, — фыркаю я и обе мы смеёмся.

Илья наблюдает за нами. Потом кивает:

— Может, и правда останешься у нас на пару дней? Пока свою квартиру не приведёшь в порядок.

— Не против? — спрашивает она с оттенком кокетства.

— Нет. Конечно, нет. Тут места достаточно. Если жена моя не против и планов нет, то обговорите.

Я улыбаюсь. Не напрягает. Ну правда — мы с Анной всегда были близки. Она младшая. У неё свои турбулентности: модельная карьера, мужчины, которые либо недостойны, либо боятся её яркости. Сейчас вроде никого. Хотя…

— Кстати! — вдруг оживляется она. — Я вот что подумала.

— Ага? — поднимаю брови.

— Может, вы оба не против, если я… ну, если получится… познакомлю вас с одним человеком. Мужчиной. Молодым. Перспективным. Очень интересным.

— Ты влюбилась? — поддеваю её я, наливая себе апельсиновый сок.

— Возможно, — тянет она. — Но ты же знаешь меня. Я не про розовые сопли. Он… другой. Странный. Знаешь, такой — тишина внутри. Не пафос. А настоящесть какая-то.

Илья смотрит на неё заинтересованно:

— Кто он?

— Ну, пока не скажу.Но вы его точно оцените. Вы же оба чувствуете людей. Если уж вы мне благословение не дадите — значит, не мой. А если дадите…