Книга Все, кто мог простить меня, мертвы, страница 61 – Дженни Холландер

Я чувствую, что Трипп садится рядом. Сегодня суббота, и он пытается соблюсти наш обычный распорядок субботнего утра: халаты, газеты и кофеин. У меня – чай из миниатюрного чайничка, который мы купили на аукционе, у Триппа – эфиопский кофе, приготовленный при помощи его любимого френч-пресса. Когда я начала оставаться у него на ночь, все это показалось мне уж слишком официальным, но со временем мне даже стало нравиться. Только не сегодня.

– Думаю, тебе стоит приодеться, – говорит Трипп.

– Что?

– Не обязательно надевать что-то особенное. Просто… – Он кивает на мой халат, который на самом деле его. – Что-то другое.

– К нам кто-то придет?

Господи, надеюсь, это не Джуд с брачным контрактом?

– Не скажу.

У Триппа такой озорной взгляд, почти как у ребенка, узнавшего какой-то секрет.

Совсем смутившись, я возвращаюсь в спальню Триппа – для меня она все еще спальня Триппа, может быть, потому, что она вся такая холостяцкая, с огромной кроватью и стенами цвета индиго, – и переодеваюсь в длинную юбку и джемпер, одежду, которая намекает: «Меня не интересуют деньги вашей семьи». Вдруг раздается звонок. Что странно, потому что Джуд обычно открывает дверь сама.

– Впусти их! – радостно кричит Трипп.

Их?

Я нажимаю кнопку.

Сначала тишина, затем:

– Милая, пожалуйста, не дергай мамины волосы. Лучше подергай папины, а?

– От них мало что осталось, – печально произносит мужской голос. – Черт возьми, только посмотрина этот дом.

– Ш-ш-ш! – сразу же шикает женщина.

О господи.

– Оливия?

Я не верю своим ушам.

– Чарли! – Входная дверь распахивается. Моя лучшая подруга кидает мужу свое маленькое чудо и летит ко мне с распростертыми объятиями. Мы не виделись полтора года, дольше, чем когда-либо. Она крепко обнимает меня. – Чарли, боже мой, Чарли. – Она делает шаг назад и смотрит на меня, в ее глазах стоят слезы. – Я так волновалась!

– Лив.– Меня переполняют эмоции, кажется даже, что я тоже вот-вот заплачу, но постепенно это чувство проходит, затаившись где-то внутри. – Лив, – тупо повторяю я, и она снова обнимает меня, от знакомого запаха ее шампуня я ненадолго расслабляюсь: как будто гора с плеч свалилась.

– Фредди. – Я слышу, как Фредди, ее муж, разговаривает с Триппом. – Рад познакомиться, приятель. Отличный дом. Это малышка Роуз.

– Твоя крестница! – с восторгом кричит Оливия, выхватывая девочку у Фредди и протягивая ее мне.

Слегка отшатываясь, я беру ее на руки.

– О-о-о, да она красавица, – неуверенно говорю я. – Не… не могу поверить, что вы здесь.

Я вру, но только насчет того, что Роуз красавица. (На самом деле Роуз – маленькая лысая копия Фредди.) Я даже не могла себе представить, что все они смогут это провернуть, да и Трипп едва знает Лив. С тех пор как я переехала в таунхаус, она навещала меня всего один раз, и Триппу как раз пришлось работать в те самые дни. Кроме того, Лив – моя милая, предсказуемая Лив – никогда, никогда не приезжала в субботу. Я бы ни за что не подумала, что она может нарушить свою традицию и приехать не в четверг, если бы живое доказательство тому не стояло прямо передо мной, утирая слезы.

– Мы приехали ради тебя, – говорит она. – Я не могла просто сидеть дома, пока все это…

– Мы так рады, что вы здесь, – тепло отвечает Трипп. – Давайте я помогу вам с чемоданами. Ваша комната дальше по коридору.