Книга Графиня на арене, страница 69 – Минерва Спенсер

— Выпьете чего-нибудь, Уингейт? — Грей жестом указал на несколько графинов.

— На ваш вкус, сэр.

— Я пью виски — друг присылает мне из Кентукки.

Эллиот изучал сэра Стэнли, пока тот наполнял два стакана янтарной жидкостью. Он был не слишком высок — чуть больше пяти футов, — но чрезвычайно опрятен и в отличной форме. Его когда-то темные волосы подернулись сединой, и Эллиот дал бы ему далеко за пятьдесят. За те десять лет, что он проработал на разные службы правительства его величества, занимавшиеся сбором информации, он слышал о сэре Стэнли только хорошее и был рад, когда тот вступил в должность.

Грей передал ему стакан и жестом предложил сесть, занимая свое кресло за письменным столом.

Эллиот уселся в одно из удобных вольтеровских кресел и сделал глоток, а Грей тем временем открыл лежавшую на столе папку. У виски был непривычный вкус — не такой, как у шотландского, который Эллиот предпочитал, — но довольно приятный.

Грей поднял глаза от содержимого папки.

— Входя в курс дел в департаменте, я наткнулся на достаточно интересную — и довольно тревожную — информацию. Признаюсь, отчасти из-за нее я искал вас на балу у Стонтонов на прошлой неделе — хотел познакомиться поближе с человеком, который скоро будет работать в моем подразделении. Я много слышал о вас, Уингейт, и только хорошее.

— Благодарю вас, сэр.

— Но пока я не вступил в должность, у меня не было доступа к определенным сведениям.

Эллиот насторожился.

— Оказывается, мой предшественник держал у себя довольно любопытные документы, о которых не знал министр внутренних дел. — Грей подтолкнул к Эллиоту по столу лист бумаги.

Эллиот наклонился прочесть, что там написано, но эти несколько строк его ничуть не удивили, скорее разочаровали. Он надеялся — зря, как выяснилось, — что сэр Хамфри Уордлоу избавился от свидетельств прошлогоднего противозаконного приключения во Франции.

Эллиот откинулся на спинку кресла и сделал приличный глоток виски, так что в горле защипало.

— Вам нечего мне сказать? — спросил Грей.

— Кроме того, что вам и так известно, нет. С конца февраля восемьсот пятнадцатого года и до середины апреля прошлого года я участвовал в незаконной операции во Франции, в то время как наше правительство вело переговоры о мире. Согласно закону, меня надо было не только уволить, но и бросить в тюрьму.

Грей с непроницаемым лицом тоже откинулся в кресле, взял стакан и сделал глоток.

Эллиот ничего не имел против тишины независимо от того, напряженная она или нет, и не спешил прерывать молчание.

— Очевидно, что власти предержащие не обрадуются, если сведения о вашей операции станут достоянием гласности, — наконец сказал Грей.

Эллиот не ответил, гадая, к чему он клонит.

— В вашем отчете нет ни слова об агенте Джозефине Браун по прозвищу Блейд.

Учитывая, что Эллиот намеренно не упоминал о роли Джо в прошлогодней операции, его, мягко говоря, удивили слова Грея.

— А с какой стати о ней надо было упоминать, сэр?

Грей улыбнулся, но уже совсем не так тепло и открыто, как пару минут назад.

— В мои обязанности входит знать о таких фактах, Уингейт.

Прежде чем Эллиот нашелся что ответить, Грей продолжил:

— Молодая женщина, с которой мы играли в карты на балу, — Джозефина Браун?

Эллиот замялся лишь на мгновение, но Грей сказал со смешком:

— Благодарю вас, вашего молчания мне достаточно. Скажите, какова была роль этой женщины в спасении брата герцога Стонтона?