Книга Графиня на арене, страница 68 – Минерва Спенсер

— В общем, — сказала Сесиль, — как бы то ни было, я хотела поговорить с вами о цирке. — Она поморщилась. — Не хочу закрывать его навсегда, но…

— Я могу руководить вместо тебя.

Сесиль и Джо уставились на Хелен, и та рассмеялась, глядя на них.

— Не понимаю, почему это вас так удивляет.

— А как же Кэт? — спросила Сесиль. — Ты больше не хочешь быть ее гувернанткой?

— Мне очень нравится учить Кэт, но, как герцогиня, ты начнешь вращаться в других кругах, среди людей, которые могут меня узнать.

Сесиль поморщилась.

— Ах да, это верно. — Она взглянула на Джо. — Ты тоже хочешь остаться? Я знаю, ты говорила о переезде.

— Я думаю остаться в Лондоне.

Особенно сейчас, когда она отмела сомнения и согласилась стать любовницей Эллиота, ей никуда не хотелось переезжать.

— Я бы с удовольствием купила то, что ты захочешь продать, — сказала Хелен. — У меня есть немного денег — этого не хватит, чтобы заплатить за все сразу, — но я могла бы выплачивать постепенно.

— Оказывается, герцог оставил мне целое состояние, так что я могла бы просто передать…

— Нет-нет, даром я не возьму! — оборвала ее Хелен. — Хотя за предложение спасибо.

Сесиль сухо рассмеялась.

— Я тоже не хотела просто получить его от Марианны, так что понимаю тебя. Как говорится, ты хочешь сама встать на ноги.

Хелен кивнула.

— У меня тоже есть немного денег, — сказала Джо, похоже, удивившись своим словам не меньше, чем Хелен и Сесиль, и сглотнула, почувствовав, как горит лицо.

— Э-э, всмысле, если тебе нужен партнер.

Хелен улыбнулась, и улыбка придала ее довольно заурядному лицу определенную привлекательность.

— Конечно, нужен!

Сесиль широко улыбнулась Джо.

— Теперь можно быть уверенной, что ты не собираешься переезжать.

Да, по крайней мере в ближайшем будущем.

Джо вполне устраивала перспектива пустить корни, но к восторгу примешивалась доля здорового скептицизма. Как долго Эллиота будут устраивать их отношения? И что ей делать, если он потребует перемен?

Эллиот нагнулся над застекленной витриной, когда за спиной у него открылась дверь. Он выпрямился и, обернувшись, поймал взгляд сэра Стэнли Грея, главы Тайной канцелярии.

— Прошу прощения, что заставил вас ждать, Уингейт.

— Я жду не так уж и долго, — сказал Эллиот, улыбаясь в ответ на неожиданно теплую улыбку начальника.

Грей указал на содержимое витрины, которое разглядывал Эллиот.

— Я вижу, вас заинтересовали мои диковинки из Америки.

— Да, у вас много любопытных вещиц.

Сэр Стэнли подошел к витрине, и они оба обратили взоры на замысловато разложенные предметы под стеклом.

— Вот это — церемониальный нагрудник воина из племени ирокезов, — пояснил Грей и предложил обратить внимание на увешанные витринами стены. — Это наконечники стрел, хотя, разумеется, сейчас в большинстве племен используют огнестрельное оружие. Но в те времена, когда я был в Америке, основным оружием индейских воинов был лук.

— Великолепная работа, — пробормотал Эллиот, как зачарованный разглядывая наконечники. — Могу я спросить, когда вы побывали в Америке?

Грей улыбнулся.

— Уже больше тридцати лет прошло.

Эллиот знал, что Грей так отличился во время восстания в колонии — или, как называют его американцы, Войны за независимость, — что взлетел по карьерной лестнице, как мало кому удавалось с его происхождением (он был сыном мясника).