Книга Баронесса ринга, страница 69 – Минерва Спенсер

Стонтон в первый раз в жизни слышал, что у птиц бывает насморк.

Блейд склонила голову набок, не отводя от герцога пугающего взгляда.

– Ты кажешься мне знакомым.

Она что, шутит?

– Гм. Я репетирую с вами уже несколько недель, – напомнил герцог.

Она негромко рассмеялась.

– Нет, я имею в виду еще до того, как ты пришел сюда работать.

– Не думаю, что мы встречались раньше.

И это была чистая правда: он не забыл бы такую женщину.

Тут его внимание привлекло какое-то движение сбоку – в руках Джо из ниоткуда появился шестидюймовый нож. Сент-Джон точно знал, что секундой раньше его не было, потому что она разглаживала юбку обеими руками.

Ее пальцы были такими же бледными и тонкими, как и она сама, и двигались почти апатично; нож прокатывался по тыльной стороне ее руки, а затем она его перехватывала ладонью, все кругом, и кругом, и кругом.

Все трое стояли неподвижно, как фигуры в саду скульптур, двигался только нож, мелькая и поблескивая.

– Что ж, – сказала наконец Блейд. – Полагаю, мне пора отыскать Барнабаса и сообщить ему, что завтра я смогу работать. Спокойной ночи.

Стонтон и Марианна тоже пожелали ей спокойной ночи.

Когда дверь за ней закрылась, Марианна обмякла, опершись о туалетный столик; склянки на нем забрякали и зазвенели. Девушка выглядела совершенно разбитой, уголки ее обольстительного рта опустились, выражая ненависть к себе. Когда она подняла взгляд на Стонтона, в ее глазах отражался стыд.

Герцог сразу догадался, что она хочет сказать.

– Несмотря на то, как я себя повела, надеюсь, вы не думаете, что я стану вашей шлю…

– Нет.

Ее глаза сверкнули.

– А почему? Я уверена, вы только об этом и думаете.

– Давайте условимся, Марианна. Вы не будете говорить мне, что думаю я, и я отплачу вам той же любезностью, потому что мы оба неизменно ошибаемся.

– Хорошо. И о чем же вы думаете?

– Вообще о многом. Моя первая мысль, хотя она может показаться вам недостойной, – мне жаль, что нам помешали.

Она приоткрыла рот и удивленно взглянула на него.

Не мелочно ли с его стороны наслаждаться таким удивленным выражением ее лица? Возможно.

– Но сразу следом появилась вторая: мне жаль, что я утратил контроль над собой.

Изумленный взгляд очаровательных, широко распахнутых глаз быстро сменился насмешливой ухмылкой, которая совсем ей не шла.

– А, да. Лорд Безупречность в столь неподобающем обществе…

Сент-Джон, прищурившись, внимательно смотрел на нее, и под его взглядом щеки ее медленно, как закатное небо, розовели.

– Я никогда не утверждал, что безупречен, – произнес он негромко. – Как уже говорил, мне не чужды естественные желания. Я действительно стремлюсь обуздывать эти порывы, но был бы лжецом и лицемером, если бы не признался, что счел вас привлекательной едва ли не с первой минуты общения.

К его удивлению, Марианна не выглядела польщенной.

– Вас привлекает во мне только новизна, ваша светлость. Женщина-боксер – это странно и необычно, все равно что говорящая кошка.

В ней была новизна, но в то же время и много чего другого: она образованна, умна, остроумна и добра ко всем, кроме них. А еще он видел, как она щедра к усталым подметальщикам улиц, старым сборщикам тряпья и голодным оборванцам.

Марианна Симпсон – тонкая и сложная натура, несмотря на совсем не женский свой труд. Последнее, что ей требовалось – вернее им требовалось, – чтобы он начал расписывать, как сильно ею теперь восхищается.