Книга Кухарка из Кастамара, страница 314 – Фернандо Х. Муньес

От безысходности она дернулась изо всех оставшихся сил. Он еще сильнее вдавил ее в стену, и Клара почувствовала, что ее ноги едва касаются пола. Она продолжала смотреть на него, прямо в его отвратительную душу, с глубокой ненавистью и презрением, которое было гораздо сильнее страха. Наконец, понимая, что проиграла, она не смогла сдержать слез, побежавших у нее по щекам. Он, видя ее отчаяние, прильнул к ней и слизал их, оставив на ее коже свой бесстыдный ледяной след. Клара почувствовала приступ тошноты, когда маркиз, видя, что она уже не сможет активно сопротивляться, приготовился снять штаны.

И вдруг он остановился. Холодная сосредоточенность на его лице сменилась гримасой гнева, и он неожиданно для Клары отпустил ее. Она упала на пол, кашляя и жадно вдыхая воздух, подняла затуманенные глаза и увидела донью Урсулу, женщину-дракона, несгибаемую, как маяк во время бури, с острым ножом для бумаги, приставленным к затылку аристократа.

– Отпустите ее, проклятый сукин сын, или, клянусь, я перережу вам горло, – сказала донья Урсула. – Станьте за мной, детка.

Маркиз стиснул челюсти, словно не веря, что простая ключница может нарушить его планы лишить ее девственности. Клара отползла от дона Энрике и, пытаясь отдышаться, спряталась за экономкой. Та, по-прежнему держа нож у шеи маркиза, внимательно следила за каждым его движением. Клара поднялась на ноги, все еще качаясь от головокружения. Донья Урсула мельком посмотрела на нее, чтобы проверить, не ранена ли она.

– Уходите, – велела она.

Дон Энрике сделал попытку повернуться, и экономка, осознавая, какая им обеим грозит опасность, надавила на кончик ножа для бумаги, чтобы он знал, что она не задумываясь проткнет ему шею, пусть даже ее за это отправят на эшафот. Маркиз остановился.

– Уходите отсюда, сеньорита Бельмонте, – повторила экономка. – Парень, что был со мной, отправился поднять тревогу.

– Я не уйду отсюда без вас, донья Урсула, – ответила она.

– Да уходите же, говорю! – приказала она.

– Не настаивайте, – возразила Клара.

И тут маркиз прыгнул вперед и в сторону, пытаясь уйти от лезвия, и бросился к трости, что лежала на диване. Донья Урсула, уловив его движение, без тени сомнения бросилась в атаку. Лезвие ножа для бумаги прошло мимо, лишь оцарапав щеку дона Энрике, который издал возглас удивления. Клара схватила экономку за руку и потащила к двери. Обеспокоенный, маркиз поспешил помешать им. Клара, держа за руку донью Урсулу, бросилась к выходу и потянулась к дверной ручке. За собой она ощущала учащенное дыхание домоправительницы, чуть дальше – дыхание маркиза.

Она побежала вне себя от страха, слыша сзади крик доньи Урсулы: «На помощь!» – но неожиданно почувствовала, что от слабости у нее подкашиваются ноги и она невольно летит прямо в дверь. Но прежде чем она дотронулась до ручки, двери, украшенные прямоугольниками из сусального золота, распахнулись настежь, и перед ее глазами появился дон Мелькиадес, вооруженный дульнозарядным пистолетом, а за ним – несколько человек из вооруженной охраны Кастамара. Она по инерции налетела в лейтенанта, который тут же ее подхватил. Оглянувшись, она увидела, что донья Урсула осталась под защитой дона Мелькиадеса, который с оружием наготове целился в маркиза и придерживал ее за талию.