Книга Кухарка из Кастамара, страница 273 – Фернандо Х. Муньес

Шлюха кивнула и, прежде чем он успел бы ее задержать, шмыгнула в переулок. В спешке Альфредо вернулся в дом, где, не видя другой возможности, написал отдельно Диего и Франсиско, объяснив им про свою наклонность и про то, как ему стыдно сообщать об этом своем секрете в такой форме. Потом он выбрал нескольких из своих людей, чтобы они отвезли эти письма, предупредив их о возможной опасности, которой они подвергались: депеши могли быть перехвачены, а курьеры – убиты. Поэтому они должны были добраться до пунктов своего назначения окружными путями с величайшими предосторожностями. Взяв деньги, он вскочил на коня и поехал, внимательно следя за малейшими движениями вокруг. По мере приближения к Пласа-де-ла-Себада со стороны улицы Кава-Альта-де-Сан-Франсиско, он рассуждал, что, в конце концов, у всех есть секреты, которые они скрывают даже от самих себя, как, например, Диего, который испытывал глубокие чувства к собственной кухарке, или Габриэль – к белой женщине. Вопрос только в том, как каждый разбирается с последствиями, когда они становятся известны всем. Барон де Агуасдульсес их примет с высоко поднятой головой, даже если случится растерять всех своих друзей.

Альфредо осторожно продвигался вперед и заметил рыжую шлюху у начала улицы Калье-дель-Умильядеро. Женщина подала ему знак следовать за ней до ближайшей улицы Калье-де-ла-Сьерпе, более уединенной. Он спустился по улице, следя за ней взглядом. Женщина завернула за угол, и, когда она пропала из виду, ему в голову вдруг пришла мысль о западне. Но это было бессмысленно. Этой женщине нужны были только деньги, и, если бы у него была достаточная сумма в их первую встречу, она бы тогда с ним поговорила. К тому же зачем устраивать скандал и уничтожать его репутацию, если они собирались лишить его жизни еще раньше? В этом не было никакого смысла, поэтому он спешился, доехав до угла Калье-де-ла-Сьерпе. Это был узкий, тускло освещенный переулок, в середине резко уходящий вбок и плохо мощеный. Он поднял глаза и увидел, что Лисица остановилась как раз на углу. Альфредо пошел вперед, схватив левой рукой поводья, а правую согнув над шпагой. Женщина держала лампу. Он внимательно посмотрел по сторонам, и тут лицо простолюдинки неестественно исказилось, от чего ее выступающая вперед челюсть выдвинулась еще больше. Из ее груди высунулось окровавленное лезвие, а за ним брызнула красная струя, окрасившая часть стены. Он тут же достал шпагу и обнаружил позади тела крупную фигуру с закрытым лицом, бросившую пару сухих слов умирающей, из груди которой вырывались непроизвольные хрипы.

– Пришел час воссоединиться с Создателем.

Убийца вынул шпагу, и она, обессилев, упала на землю, как марионетка, которой обрезали нити. Альфредо бросился к убийце, и тот не стал убегать. Он лишь спокойно дождался его и парировал его точный прямой укол. Альфредо перехватил инициативу и сделал выпад, целясь ему в шею и в живот, но тип знал, что делать, причем больше из практики, чем из теории, и нанес простой быстрый крестный укол. Альфредо отклонил его быстрым ударом, направленным противнику в голову. Враг остановил удар, и он занял свободное пространство, чтобы не потерять выгодную позицию. Однако убийца снова быстро пошел в атаку, отвел его шпагу вправо и, защищаясь от его лезвия своей гардой^[84], попытался нанести смертельный удар в живот. Альфредо молниеносно повернулся и постарался уйти от лезвия. Но не успел и почувствовал, как оно проникает в него возле ребра. Он застонал от боли и, не задумываясь, сильно ударил противника в грудь рукояткой шпаги. Враг не отступил, а наоборот, с близкого расстояния набросился и толкнул его назад. Альфредо почувствовал, как ноги у него спотыкаются о камни мостовой, и упал навзничь, потеряв шляпу. Он подумал, что убийца воспользуется своим преимуществом, но, когда он в припадке отчаяния ткнул шпагой наугад, тот уже исчезал в темноте переулка.