Книга Кухарка из Кастамара, страница 272 – Фернандо Х. Муньес

– Он в гостиной свернулся калачиком.

– Приготовь ему комнату, – приказал он.

– Ваше сиятельство, надолго?

– Не стройте из себя невинную овечку, сеньор дель Рио, – ответил он. – Выставите его утром и не давайте денег. Я очень опасаюсь, что если выгоню его на улицу сейчас, то рассвета ему не видать. Я возвращаюсь на улицу Леганитос, чтобы узнать, не появился ли дон Габриэль, хотя сильно в этом сомневаюсь. Затем я сегодня же вечером отправлюсь в Кастамар. Завтра будет… будет тяжелый день, и я хочу поговорить с Диего прежде, чем… он узнает от других.

Он проехал полгорода до особняка Кастамаров на улице Леганитос, но там узнал, что от Габриэля не было вестей, как он и опасался. Дворецкий открыл ворота, когда он заезжал, и тут с другой стороны он заметил худую рыжую женщину из тех, что работают в борделях, которая хотела постучать в дверной молоток. Дворецкий подошел к ней с поднятыми руками.

– Убирайся, – сказал он ей. – Здесь не место для шлюх.

– Разрази тебя гром, тебя и твоих покойников, паршииц! – прокричала она, уходя вниз по улице.

– Кто эта женщина? – поинтересовался Альфредо.

– Не знаю, ваше сиятельство, она уже раза четыре приходила, а то и больше, и все спрашивала дона Диего, уверяя, что хочет сказать ему что-то важное, – ответил дворецкий. – Это проститутка, не стоит ей верить. Они всегда что-то затевают.

Альфредо развернул коня и направился вслед за ней. Она, увидев его, бросилась бежать как ошпаренная. Альфредо позвал ее, но она припустила в сторону площади Санто-Доминго. Он пришпорил коня и, догнав ее, бросил ей кошелек с мараведи.

– Они твои, если поговоришь со мной.

Женщина остановилась и недоверчиво подняла кошелек с земли. Он спешился и представился Альфредо де Каррьоном, бароном де Агуасдульсес и личным другом дона Диего. Она поздоровалась, неуклюже склонив голову, но во взгляде ее читалось недоверие.

– Не знаю, куда этого вашего негра отвезли, – выпалила она, – но знаю, кто его заграастал.

У него екнуло сердце, и он подошел поближе, чтобы незамедлительно потребовать объяснений. Женщина в испуге отступила. По ее лицу, на котором страх боролся с жадностью, он понял, что она больше похожа на того, кто цинично жаждет наживы, чем на соучастника. Она пробормотала что-то бессмысленное, и он в нетерпении закричал, чтобы она говорила, наконец.

– Не думаю, что… что этот кошелек достаточно тяжелый, – сказала она, позвенев монетами.

– Ты что, меня шантажируешь? – спросил он, нахмурившись.

– Ну, я не наю, что это, гспадин– сказала она с выученной обольстительной улыбкой, – но ежликошель буутчуток тяжелее, то смогетеи на Лисицу запрыгнуть.

Ему нужна была эта информация, а на то, чтобы по его приказу на нее надели кандалы и заставили говорить, уйдет много времени, а сейчас дорога была каждая минута, поэтому он решил не торговаться.

– Ладно, у меня есть еще деньги, – сказал он, – но если ты пойдешь со мной…

Женщина отрицательно покачала головой и отошла от него, сторонясь, словно уличная кошка. Альфредо подошел чуть ближе, чтобы успеть схватить ее, если она вздумает убежать.

– Ни в кудая не пойду, мне моя жистьдорога. Через два чсана Пласа-де-ла-Себада, да прихватите еще один такой же – тогда я расскажу все.

Тут он довольно грубо схватил ее за руку.

– Слушай внимательно. Я принесу тебе еще один такой же кошелек, но больше не проси, – предупредил он. – Стой здесь и жди меня, а не дождешься – я найду тебя, и жизнь твоя закончится в кандалах.